Российский рынок факторинга продолжает расти. По данным АФК, за январь-июнь 2026 года участники рынка выплатили клиентам 5 трлн. 636 млрд. рублей факторингового финансирования – на 23% больше, чем годом ранее.

Факторинг все заметнее становится инструментом пополнения оборотного капитала для бизнеса: только в сегменте МСП 11,2 тыс. клиентов получили за этот период около 527 млрд. рублей финансирования.

Однако международные сделки почти не участвуют в этой динамике. В первом полугодии 2026 года на международные факторинговые операции пришлось 33 млрд. 874 млн. рублей, а число клиентов-экспортеров составило всего 36. На фоне многотриллионного внутреннего рынка международный факторинг остается камерным направлением и не растет теми же темпами, что и классическое факторинговое финансирование внутри России.

При этом востребованность классического факторинга как инструмента оборотного капитала во многом объясняется устройством самой сделки. Зачастую кредитный рейтинг покупателя существенно выше кредитного рейтинга поставщика. Поэтому факторинговые компании с удовольствием принимают под уступку денежные требования к такому покупателю и обеспечивают финансирование для представителей малого, среднего, а также крупного бизнеса, предоставляя им достаточно простой и понятный доступ к оборотному капиталу.

Несмотря на устойчивый рост и активное развитие с начала 2000-х годов, российский рынок факторинга по-прежнему остается молодым. Если сравнивать его с объемами кредитования или лизинга, факторинг все-таки можно отнести к развивающимся инструментам. Его потенциал гораздо выше, и не все субъекты российской экономики еще смогли им воспользоваться и оценить преимущества этого финансового механизма. Продолжает присутствовать консервативное мышление: компании по-прежнему приходят в банки, получают кредиты, организовывают ломбардные сделки и используют другие финансовые кредитные ресурсы для своей профессиональной деятельности.

При этом российский рынок факторинга по-прежнему сосредоточен преимущественно на внутренних сделках, а значительную роль в его структуре играет финансирование цепочек поставок. По данным АФК, на 1 июля 2026 года продукты SCF формировали 45% совокупного факторингового портфеля, причем 92% портфеля SCF приходилось на агентские сделки. По факту подавляющее большинство российских факторов концентрируется на реализации сделок классического, агентского, или, как его еще называют, реверсивного факторинга и действует исключительно в периметре Российской Федерации, не выходя за ее границы.

Международный факторинг устроен значительно сложнее. Причин, по которым этот сегмент пока остается в стороне от общего роста рынка, несколько.

Первая причина заключается в том, что для отправки платежа иностранному контрагенту фактору необходима либо собственная платежная инфраструктура в иностранном контуре, либо привлечение в качестве исполнителей других факторинговых компаний, находящихся за рубежом. Поскольку российская экономика продолжает существовать в условиях санкционного давления и ограниченности привычных каналов трансграничных платежей, реализация таких сделок зачастую не представляется возможной.

Вторая причина – крупнейшие российские факторы или банковские институты, которые также оказывают факторинговые услуги, вряд ли будут создавать собственную платежную инфраструктуру за рубежом, поскольку это сразу ставит перед ними несколько задач. Компания, создаваемая за рубежом, должна быть полностью обособлена от российского контура и не иметь даже малейших признаков аффилированности с российским периметром. В то же время факторинговая компания, создаваемая при российском банке, должна быть полностью подконтрольна ему де-юре, а ее операционная деятельность должна находиться в функциональной зоне ответственности российской компании. На практике это делает подобную конфигурацию практически невозможной.

Третья и самая важная причина – необходимость обеспечить создаваемую факторинговую компанию фондированием российского либо зарубежного происхождения. Как мы уже сказали, привычные каналы трансграничных платежей ограничены, а иностранные банки в целом дистанцируются от российского товарно-денежного потока. Поэтому реализация такой конфигурации фактически становится невыполнимой задачей.

В этих условиях единственной областью, которая может служить драйвером роста международного факторинга, остаются страны СНГ и ЕАЭС. Например, компания – резидент Белоруссии, осуществляющая экспортные поставки в адрес российского покупателя, может обратиться в банк либо специализированную факторинговую компанию за получением факторингового финансирования.

Однако такие сделки достаточно сложно реализуемы. Должна существовать экономическая целесообразность, чтобы компания-нерезидент из Белоруссии, Казахстана или иной страны постсоветского пространства пришла именно в российский банк и, ориентируясь на более привлекательные ставки, начала сотрудничать с российской организацией, предоставляющей такого рода услуги. При этом российским представителям финансового и факторингового сегментов зачастую достаточно сложно конкурировать с той стоимостью денег, которую предлагают Белоруссия и Казахстан. Стоимость предложения российской организации может оказаться выше либо примерно равной. Структурирование сделки с участием компаний из других иностранных юрисдикций потребует дополнительного времени и дополнительных ресурсов.

К тому же сделка международного формата влечет за собой дополнительные риски, связанные с логистикой, таможенным оформлением, вероятной разницей курсов валют и особенностями законодательства двух разных стран. Поэтому инициатором такой сделки зачастую выступает российская компания-импортер. Обращаясь к фактору, она просит его найти инструментарий, позволяющий отправить факторинговое финансирование ее иностранному поставщику. Таким образом, компания-покупатель старается дистанцироваться от названных рисков и перекладывает этот функционал на плечи фактора.

Далеко не у всех факторинговых компаний в России есть необходимые механизмы для реализации сделки такого формата. У тех, кто за нее берется, это, скорее всего, камерные продукты, созданные для получения конкурентного преимущества на фоне других игроков и обеспечения клиентам более высокого уровня сервиса.

Конечно, хочется, чтобы компании-импортеры не просто продолжали сохранять для себя внешние рынки и возможность работы с иностранными контрагентами, но и развивали их. Однако на практике рыночная конъюнктура сейчас такова, что действительно оказывать услуги международного факторинга могут лишь единицы. Это компании, которые обладают необходимыми ресурсами и не в теории, а на практике апробировали сделки подобного формата.

Одной из таких компаний является ИНТЕР. Обладая большим опытом и экспертизой на рынке факторинга и преследуя цель обеспечить решение задач для своих клиентов, компания смогла организовать контур международных расчетов для участников внешнеэкономической деятельности. Сейчас ИНТЕР продолжает усиливать свои позиции по данному направлению, обеспечивая возможность международных расчетов как по импортным, так и по экспортным контрактам.

Если говорить о перспективах развития международного рынка факторинга с участием российских компаний, то в текущих политических и экономических условиях мы вряд ли будем наблюдать экспоненциальный рост объема сделок данного формата. Существует слишком много барьеров для того, чтобы этот рынок начал активно развиваться. Скорее всего, его перспективы и возможности масштабирования с участием российских организаций следует оценивать консервативно. Рынок будет развиваться органическим путем – по мере того как все участники сделки будут находить в себе волю для ее реализации и оценивать ее настоящие преимущества и экономическую выгоду.

, Искусственный интеллект (ИИ) стал одним из ключевых факторов роста американских инвестиций и корпоративных расходов. Масштаб строительства дата-центров поддерживает спрос на оборудование, электроэнергию и вычислительные мощности, а связанные с ИИ инвестиции помогают экономике удерживать темпы роста выше потенциальных. Но у этой истории есть обратная сторона: чем больше сектор зависит от капитальных расходов и высоких ожиданий, тем чувствительнее он становится к стоимости денег. , Основные фондовые индексы США незначительно снижаются в последний час торгов во вторник, поскольку рост доходности казначейских облигаций сводит на нет поддержку со стороны снижающихся цен на нефть и восстановления акций производителей полупроводников. Индексы S&P 500 (-0,1%) и Dow Jones Industrial Average (-0,3%) находятся в отрицательной зоне, тогда как Nasdaq удерживается вблизи нулевой отметки благодаря сильной динамике чипмейкеров. , Доллар США укрепляется во вторник по отношению к основным мировым валютам, поскольку доходности казначейских облигаций удерживаются вблизи многолетних максимумов, тогда как инвесторы готовятся к публикации важной макроэкономической статистики в США, которая может дать новые сигналы относительно дальнейшей траектории ставок Федеральной резервной системы. Австралийский доллар, напротив, снижается после ожидаемого повышения ставки Резервным банком Австралии.

Российский рынок факторинга продолжает расти. По данным АФК, за январь-июнь 2026 года участники рынка выплатили клиентам 5 трлн. 636 млрд. рублей факторингового финансирования – на 23% больше, чем годом ранее.

Факторинг все заметнее становится инструментом пополнения оборотного капитала для бизнеса: только в сегменте МСП 11,2 тыс. клиентов получили за этот период около 527 млрд. рублей финансирования.

Однако международные сделки почти не участвуют в этой динамике. В первом полугодии 2026 года на международные факторинговые операции пришлось 33 млрд. 874 млн. рублей, а число клиентов-экспортеров составило всего 36. На фоне многотриллионного внутреннего рынка международный факторинг остается камерным направлением и не растет теми же темпами, что и классическое факторинговое финансирование внутри России.

При этом востребованность классического факторинга как инструмента оборотного капитала во многом объясняется устройством самой сделки. Зачастую кредитный рейтинг покупателя существенно выше кредитного рейтинга поставщика. Поэтому факторинговые компании с удовольствием принимают под уступку денежные требования к такому покупателю и обеспечивают финансирование для представителей малого, среднего, а также крупного бизнеса, предоставляя им достаточно простой и понятный доступ к оборотному капиталу.

Несмотря на устойчивый рост и активное развитие с начала 2000-х годов, российский рынок факторинга по-прежнему остается молодым. Если сравнивать его с объемами кредитования или лизинга, факторинг все-таки можно отнести к развивающимся инструментам. Его потенциал гораздо выше, и не все субъекты российской экономики еще смогли им воспользоваться и оценить преимущества этого финансового механизма. Продолжает присутствовать консервативное мышление: компании по-прежнему приходят в банки, получают кредиты, организовывают ломбардные сделки и используют другие финансовые кредитные ресурсы для своей профессиональной деятельности.

При этом российский рынок факторинга по-прежнему сосредоточен преимущественно на внутренних сделках, а значительную роль в его структуре играет финансирование цепочек поставок. По данным АФК, на 1 июля 2026 года продукты SCF формировали 45% совокупного факторингового портфеля, причем 92% портфеля SCF приходилось на агентские сделки. По факту подавляющее большинство российских факторов концентрируется на реализации сделок классического, агентского, или, как его еще называют, реверсивного факторинга и действует исключительно в периметре Российской Федерации, не выходя за ее границы.

Международный факторинг устроен значительно сложнее. Причин, по которым этот сегмент пока остается в стороне от общего роста рынка, несколько.

Первая причина заключается в том, что для отправки платежа иностранному контрагенту фактору необходима либо собственная платежная инфраструктура в иностранном контуре, либо привлечение в качестве исполнителей других факторинговых компаний, находящихся за рубежом. Поскольку российская экономика продолжает существовать в условиях санкционного давления и ограниченности привычных каналов трансграничных платежей, реализация таких сделок зачастую не представляется возможной.

Вторая причина – крупнейшие российские факторы или банковские институты, которые также оказывают факторинговые услуги, вряд ли будут создавать собственную платежную инфраструктуру за рубежом, поскольку это сразу ставит перед ними несколько задач. Компания, создаваемая за рубежом, должна быть полностью обособлена от российского контура и не иметь даже малейших признаков аффилированности с российским периметром. В то же время факторинговая компания, создаваемая при российском банке, должна быть полностью подконтрольна ему де-юре, а ее операционная деятельность должна находиться в функциональной зоне ответственности российской компании. На практике это делает подобную конфигурацию практически невозможной.

Третья и самая важная причина – необходимость обеспечить создаваемую факторинговую компанию фондированием российского либо зарубежного происхождения. Как мы уже сказали, привычные каналы трансграничных платежей ограничены, а иностранные банки в целом дистанцируются от российского товарно-денежного потока. Поэтому реализация такой конфигурации фактически становится невыполнимой задачей.

В этих условиях единственной областью, которая может служить драйвером роста международного факторинга, остаются страны СНГ и ЕАЭС. Например, компания – резидент Белоруссии, осуществляющая экспортные поставки в адрес российского покупателя, может обратиться в банк либо специализированную факторинговую компанию за получением факторингового финансирования.

Однако такие сделки достаточно сложно реализуемы. Должна существовать экономическая целесообразность, чтобы компания-нерезидент из Белоруссии, Казахстана или иной страны постсоветского пространства пришла именно в российский банк и, ориентируясь на более привлекательные ставки, начала сотрудничать с российской организацией, предоставляющей такого рода услуги. При этом российским представителям финансового и факторингового сегментов зачастую достаточно сложно конкурировать с той стоимостью денег, которую предлагают Белоруссия и Казахстан. Стоимость предложения российской организации может оказаться выше либо примерно равной. Структурирование сделки с участием компаний из других иностранных юрисдикций потребует дополнительного времени и дополнительных ресурсов.

К тому же сделка международного формата влечет за собой дополнительные риски, связанные с логистикой, таможенным оформлением, вероятной разницей курсов валют и особенностями законодательства двух разных стран. Поэтому инициатором такой сделки зачастую выступает российская компания-импортер. Обращаясь к фактору, она просит его найти инструментарий, позволяющий отправить факторинговое финансирование ее иностранному поставщику. Таким образом, компания-покупатель старается дистанцироваться от названных рисков и перекладывает этот функционал на плечи фактора.

Далеко не у всех факторинговых компаний в России есть необходимые механизмы для реализации сделки такого формата. У тех, кто за нее берется, это, скорее всего, камерные продукты, созданные для получения конкурентного преимущества на фоне других игроков и обеспечения клиентам более высокого уровня сервиса.

Конечно, хочется, чтобы компании-импортеры не просто продолжали сохранять для себя внешние рынки и возможность работы с иностранными контрагентами, но и развивали их. Однако на практике рыночная конъюнктура сейчас такова, что действительно оказывать услуги международного факторинга могут лишь единицы. Это компании, которые обладают необходимыми ресурсами и не в теории, а на практике апробировали сделки подобного формата.

Одной из таких компаний является ИНТЕР. Обладая большим опытом и экспертизой на рынке факторинга и преследуя цель обеспечить решение задач для своих клиентов, компания смогла организовать контур международных расчетов для участников внешнеэкономической деятельности. Сейчас ИНТЕР продолжает усиливать свои позиции по данному направлению, обеспечивая возможность международных расчетов как по импортным, так и по экспортным контрактам.

Если говорить о перспективах развития международного рынка факторинга с участием российских компаний, то в текущих политических и экономических условиях мы вряд ли будем наблюдать экспоненциальный рост объема сделок данного формата. Существует слишком много барьеров для того, чтобы этот рынок начал активно развиваться. Скорее всего, его перспективы и возможности масштабирования с участием российских организаций следует оценивать консервативно. Рынок будет развиваться органическим путем – по мере того как все участники сделки будут находить в себе волю для ее реализации и оценивать ее настоящие преимущества и экономическую выгоду.

, Искусственный интеллект (ИИ) стал одним из ключевых факторов роста американских инвестиций и корпоративных расходов. Масштаб строительства дата-центров поддерживает спрос на оборудование, электроэнергию и вычислительные мощности, а связанные с ИИ инвестиции помогают экономике удерживать темпы роста выше потенциальных. Но у этой истории есть обратная сторона: чем больше сектор зависит от капитальных расходов и высоких ожиданий, тем чувствительнее он становится к стоимости денег. , Основные фондовые индексы США незначительно снижаются в последний час торгов во вторник, поскольку рост доходности казначейских облигаций сводит на нет поддержку со стороны снижающихся цен на нефть и восстановления акций производителей полупроводников. Индексы S&P 500 (-0,1%) и Dow Jones Industrial Average (-0,3%) находятся в отрицательной зоне, тогда как Nasdaq удерживается вблизи нулевой отметки благодаря сильной динамике чипмейкеров. , Доллар США укрепляется во вторник по отношению к основным мировым валютам, поскольку доходности казначейских облигаций удерживаются вблизи многолетних максимумов, тогда как инвесторы готовятся к публикации важной макроэкономической статистики в США, которая может дать новые сигналы относительно дальнейшей траектории ставок Федеральной резервной системы. Австралийский доллар, напротив, снижается после ожидаемого повышения ставки Резервным банком Австралии.

Российский рынок факторинга продолжает расти. По данным АФК, за январь-июнь 2026 года участники рынка выплатили клиентам 5 трлн. 636 млрд. рублей факторингового финансирования – на 23% больше, чем годом ранее.

Факторинг все заметнее становится инструментом пополнения оборотного капитала для бизнеса: только в сегменте МСП 11,2 тыс. клиентов получили за этот период около 527 млрд. рублей финансирования.

Однако международные сделки почти не участвуют в этой динамике. В первом полугодии 2026 года на международные факторинговые операции пришлось 33 млрд. 874 млн. рублей, а число клиентов-экспортеров составило всего 36. На фоне многотриллионного внутреннего рынка международный факторинг остается камерным направлением и не растет теми же темпами, что и классическое факторинговое финансирование внутри России.

При этом востребованность классического факторинга как инструмента оборотного капитала во многом объясняется устройством самой сделки. Зачастую кредитный рейтинг покупателя существенно выше кредитного рейтинга поставщика. Поэтому факторинговые компании с удовольствием принимают под уступку денежные требования к такому покупателю и обеспечивают финансирование для представителей малого, среднего, а также крупного бизнеса, предоставляя им достаточно простой и понятный доступ к оборотному капиталу.

Несмотря на устойчивый рост и активное развитие с начала 2000-х годов, российский рынок факторинга по-прежнему остается молодым. Если сравнивать его с объемами кредитования или лизинга, факторинг все-таки можно отнести к развивающимся инструментам. Его потенциал гораздо выше, и не все субъекты российской экономики еще смогли им воспользоваться и оценить преимущества этого финансового механизма. Продолжает присутствовать консервативное мышление: компании по-прежнему приходят в банки, получают кредиты, организовывают ломбардные сделки и используют другие финансовые кредитные ресурсы для своей профессиональной деятельности.

При этом российский рынок факторинга по-прежнему сосредоточен преимущественно на внутренних сделках, а значительную роль в его структуре играет финансирование цепочек поставок. По данным АФК, на 1 июля 2026 года продукты SCF формировали 45% совокупного факторингового портфеля, причем 92% портфеля SCF приходилось на агентские сделки. По факту подавляющее большинство российских факторов концентрируется на реализации сделок классического, агентского, или, как его еще называют, реверсивного факторинга и действует исключительно в периметре Российской Федерации, не выходя за ее границы.

Международный факторинг устроен значительно сложнее. Причин, по которым этот сегмент пока остается в стороне от общего роста рынка, несколько.

Первая причина заключается в том, что для отправки платежа иностранному контрагенту фактору необходима либо собственная платежная инфраструктура в иностранном контуре, либо привлечение в качестве исполнителей других факторинговых компаний, находящихся за рубежом. Поскольку российская экономика продолжает существовать в условиях санкционного давления и ограниченности привычных каналов трансграничных платежей, реализация таких сделок зачастую не представляется возможной.

Вторая причина – крупнейшие российские факторы или банковские институты, которые также оказывают факторинговые услуги, вряд ли будут создавать собственную платежную инфраструктуру за рубежом, поскольку это сразу ставит перед ними несколько задач. Компания, создаваемая за рубежом, должна быть полностью обособлена от российского контура и не иметь даже малейших признаков аффилированности с российским периметром. В то же время факторинговая компания, создаваемая при российском банке, должна быть полностью подконтрольна ему де-юре, а ее операционная деятельность должна находиться в функциональной зоне ответственности российской компании. На практике это делает подобную конфигурацию практически невозможной.

Третья и самая важная причина – необходимость обеспечить создаваемую факторинговую компанию фондированием российского либо зарубежного происхождения. Как мы уже сказали, привычные каналы трансграничных платежей ограничены, а иностранные банки в целом дистанцируются от российского товарно-денежного потока. Поэтому реализация такой конфигурации фактически становится невыполнимой задачей.

В этих условиях единственной областью, которая может служить драйвером роста международного факторинга, остаются страны СНГ и ЕАЭС. Например, компания – резидент Белоруссии, осуществляющая экспортные поставки в адрес российского покупателя, может обратиться в банк либо специализированную факторинговую компанию за получением факторингового финансирования.

Однако такие сделки достаточно сложно реализуемы. Должна существовать экономическая целесообразность, чтобы компания-нерезидент из Белоруссии, Казахстана или иной страны постсоветского пространства пришла именно в российский банк и, ориентируясь на более привлекательные ставки, начала сотрудничать с российской организацией, предоставляющей такого рода услуги. При этом российским представителям финансового и факторингового сегментов зачастую достаточно сложно конкурировать с той стоимостью денег, которую предлагают Белоруссия и Казахстан. Стоимость предложения российской организации может оказаться выше либо примерно равной. Структурирование сделки с участием компаний из других иностранных юрисдикций потребует дополнительного времени и дополнительных ресурсов.

К тому же сделка международного формата влечет за собой дополнительные риски, связанные с логистикой, таможенным оформлением, вероятной разницей курсов валют и особенностями законодательства двух разных стран. Поэтому инициатором такой сделки зачастую выступает российская компания-импортер. Обращаясь к фактору, она просит его найти инструментарий, позволяющий отправить факторинговое финансирование ее иностранному поставщику. Таким образом, компания-покупатель старается дистанцироваться от названных рисков и перекладывает этот функционал на плечи фактора.

Далеко не у всех факторинговых компаний в России есть необходимые механизмы для реализации сделки такого формата. У тех, кто за нее берется, это, скорее всего, камерные продукты, созданные для получения конкурентного преимущества на фоне других игроков и обеспечения клиентам более высокого уровня сервиса.

Конечно, хочется, чтобы компании-импортеры не просто продолжали сохранять для себя внешние рынки и возможность работы с иностранными контрагентами, но и развивали их. Однако на практике рыночная конъюнктура сейчас такова, что действительно оказывать услуги международного факторинга могут лишь единицы. Это компании, которые обладают необходимыми ресурсами и не в теории, а на практике апробировали сделки подобного формата.

Одной из таких компаний является ИНТЕР. Обладая большим опытом и экспертизой на рынке факторинга и преследуя цель обеспечить решение задач для своих клиентов, компания смогла организовать контур международных расчетов для участников внешнеэкономической деятельности. Сейчас ИНТЕР продолжает усиливать свои позиции по данному направлению, обеспечивая возможность международных расчетов как по импортным, так и по экспортным контрактам.

Если говорить о перспективах развития международного рынка факторинга с участием российских компаний, то в текущих политических и экономических условиях мы вряд ли будем наблюдать экспоненциальный рост объема сделок данного формата. Существует слишком много барьеров для того, чтобы этот рынок начал активно развиваться. Скорее всего, его перспективы и возможности масштабирования с участием российских организаций следует оценивать консервативно. Рынок будет развиваться органическим путем – по мере того как все участники сделки будут находить в себе волю для ее реализации и оценивать ее настоящие преимущества и экономическую выгоду.

, Искусственный интеллект (ИИ) стал одним из ключевых факторов роста американских инвестиций и корпоративных расходов. Масштаб строительства дата-центров поддерживает спрос на оборудование, электроэнергию и вычислительные мощности, а связанные с ИИ инвестиции помогают экономике удерживать темпы роста выше потенциальных. Но у этой истории есть обратная сторона: чем больше сектор зависит от капитальных расходов и высоких ожиданий, тем чувствительнее он становится к стоимости денег. , Основные фондовые индексы США незначительно снижаются в последний час торгов во вторник, поскольку рост доходности казначейских облигаций сводит на нет поддержку со стороны снижающихся цен на нефть и восстановления акций производителей полупроводников. Индексы S&P 500 (-0,1%) и Dow Jones Industrial Average (-0,3%) находятся в отрицательной зоне, тогда как Nasdaq удерживается вблизи нулевой отметки благодаря сильной динамике чипмейкеров. , Доллар США укрепляется во вторник по отношению к основным мировым валютам, поскольку доходности казначейских облигаций удерживаются вблизи многолетних максимумов, тогда как инвесторы готовятся к публикации важной макроэкономической статистики в США, которая может дать новые сигналы относительно дальнейшей траектории ставок Федеральной резервной системы. Австралийский доллар, напротив, снижается после ожидаемого повышения ставки Резервным банком Австралии.

Российский рынок факторинга продолжает расти. По данным АФК, за январь-июнь 2026 года участники рынка выплатили клиентам 5 трлн. 636 млрд. рублей факторингового финансирования – на 23% больше, чем годом ранее.

Факторинг все заметнее становится инструментом пополнения оборотного капитала для бизнеса: только в сегменте МСП 11,2 тыс. клиентов получили за этот период около 527 млрд. рублей финансирования.

Однако международные сделки почти не участвуют в этой динамике. В первом полугодии 2026 года на международные факторинговые операции пришлось 33 млрд. 874 млн. рублей, а число клиентов-экспортеров составило всего 36. На фоне многотриллионного внутреннего рынка международный факторинг остается камерным направлением и не растет теми же темпами, что и классическое факторинговое финансирование внутри России.

При этом востребованность классического факторинга как инструмента оборотного капитала во многом объясняется устройством самой сделки. Зачастую кредитный рейтинг покупателя существенно выше кредитного рейтинга поставщика. Поэтому факторинговые компании с удовольствием принимают под уступку денежные требования к такому покупателю и обеспечивают финансирование для представителей малого, среднего, а также крупного бизнеса, предоставляя им достаточно простой и понятный доступ к оборотному капиталу.

Несмотря на устойчивый рост и активное развитие с начала 2000-х годов, российский рынок факторинга по-прежнему остается молодым. Если сравнивать его с объемами кредитования или лизинга, факторинг все-таки можно отнести к развивающимся инструментам. Его потенциал гораздо выше, и не все субъекты российской экономики еще смогли им воспользоваться и оценить преимущества этого финансового механизма. Продолжает присутствовать консервативное мышление: компании по-прежнему приходят в банки, получают кредиты, организовывают ломбардные сделки и используют другие финансовые кредитные ресурсы для своей профессиональной деятельности.

При этом российский рынок факторинга по-прежнему сосредоточен преимущественно на внутренних сделках, а значительную роль в его структуре играет финансирование цепочек поставок. По данным АФК, на 1 июля 2026 года продукты SCF формировали 45% совокупного факторингового портфеля, причем 92% портфеля SCF приходилось на агентские сделки. По факту подавляющее большинство российских факторов концентрируется на реализации сделок классического, агентского, или, как его еще называют, реверсивного факторинга и действует исключительно в периметре Российской Федерации, не выходя за ее границы.

Международный факторинг устроен значительно сложнее. Причин, по которым этот сегмент пока остается в стороне от общего роста рынка, несколько.

Первая причина заключается в том, что для отправки платежа иностранному контрагенту фактору необходима либо собственная платежная инфраструктура в иностранном контуре, либо привлечение в качестве исполнителей других факторинговых компаний, находящихся за рубежом. Поскольку российская экономика продолжает существовать в условиях санкционного давления и ограниченности привычных каналов трансграничных платежей, реализация таких сделок зачастую не представляется возможной.

Вторая причина – крупнейшие российские факторы или банковские институты, которые также оказывают факторинговые услуги, вряд ли будут создавать собственную платежную инфраструктуру за рубежом, поскольку это сразу ставит перед ними несколько задач. Компания, создаваемая за рубежом, должна быть полностью обособлена от российского контура и не иметь даже малейших признаков аффилированности с российским периметром. В то же время факторинговая компания, создаваемая при российском банке, должна быть полностью подконтрольна ему де-юре, а ее операционная деятельность должна находиться в функциональной зоне ответственности российской компании. На практике это делает подобную конфигурацию практически невозможной.

Третья и самая важная причина – необходимость обеспечить создаваемую факторинговую компанию фондированием российского либо зарубежного происхождения. Как мы уже сказали, привычные каналы трансграничных платежей ограничены, а иностранные банки в целом дистанцируются от российского товарно-денежного потока. Поэтому реализация такой конфигурации фактически становится невыполнимой задачей.

В этих условиях единственной областью, которая может служить драйвером роста международного факторинга, остаются страны СНГ и ЕАЭС. Например, компания – резидент Белоруссии, осуществляющая экспортные поставки в адрес российского покупателя, может обратиться в банк либо специализированную факторинговую компанию за получением факторингового финансирования.

Однако такие сделки достаточно сложно реализуемы. Должна существовать экономическая целесообразность, чтобы компания-нерезидент из Белоруссии, Казахстана или иной страны постсоветского пространства пришла именно в российский банк и, ориентируясь на более привлекательные ставки, начала сотрудничать с российской организацией, предоставляющей такого рода услуги. При этом российским представителям финансового и факторингового сегментов зачастую достаточно сложно конкурировать с той стоимостью денег, которую предлагают Белоруссия и Казахстан. Стоимость предложения российской организации может оказаться выше либо примерно равной. Структурирование сделки с участием компаний из других иностранных юрисдикций потребует дополнительного времени и дополнительных ресурсов.

К тому же сделка международного формата влечет за собой дополнительные риски, связанные с логистикой, таможенным оформлением, вероятной разницей курсов валют и особенностями законодательства двух разных стран. Поэтому инициатором такой сделки зачастую выступает российская компания-импортер. Обращаясь к фактору, она просит его найти инструментарий, позволяющий отправить факторинговое финансирование ее иностранному поставщику. Таким образом, компания-покупатель старается дистанцироваться от названных рисков и перекладывает этот функционал на плечи фактора.

Далеко не у всех факторинговых компаний в России есть необходимые механизмы для реализации сделки такого формата. У тех, кто за нее берется, это, скорее всего, камерные продукты, созданные для получения конкурентного преимущества на фоне других игроков и обеспечения клиентам более высокого уровня сервиса.

Конечно, хочется, чтобы компании-импортеры не просто продолжали сохранять для себя внешние рынки и возможность работы с иностранными контрагентами, но и развивали их. Однако на практике рыночная конъюнктура сейчас такова, что действительно оказывать услуги международного факторинга могут лишь единицы. Это компании, которые обладают необходимыми ресурсами и не в теории, а на практике апробировали сделки подобного формата.

Одной из таких компаний является ИНТЕР. Обладая большим опытом и экспертизой на рынке факторинга и преследуя цель обеспечить решение задач для своих клиентов, компания смогла организовать контур международных расчетов для участников внешнеэкономической деятельности. Сейчас ИНТЕР продолжает усиливать свои позиции по данному направлению, обеспечивая возможность международных расчетов как по импортным, так и по экспортным контрактам.

Если говорить о перспективах развития международного рынка факторинга с участием российских компаний, то в текущих политических и экономических условиях мы вряд ли будем наблюдать экспоненциальный рост объема сделок данного формата. Существует слишком много барьеров для того, чтобы этот рынок начал активно развиваться. Скорее всего, его перспективы и возможности масштабирования с участием российских организаций следует оценивать консервативно. Рынок будет развиваться органическим путем – по мере того как все участники сделки будут находить в себе волю для ее реализации и оценивать ее настоящие преимущества и экономическую выгоду.

, Искусственный интеллект (ИИ) стал одним из ключевых факторов роста американских инвестиций и корпоративных расходов. Масштаб строительства дата-центров поддерживает спрос на оборудование, электроэнергию и вычислительные мощности, а связанные с ИИ инвестиции помогают экономике удерживать темпы роста выше потенциальных. Но у этой истории есть обратная сторона: чем больше сектор зависит от капитальных расходов и высоких ожиданий, тем чувствительнее он становится к стоимости денег. , Основные фондовые индексы США незначительно снижаются в последний час торгов во вторник, поскольку рост доходности казначейских облигаций сводит на нет поддержку со стороны снижающихся цен на нефть и восстановления акций производителей полупроводников. Индексы S&P 500 (-0,1%) и Dow Jones Industrial Average (-0,3%) находятся в отрицательной зоне, тогда как Nasdaq удерживается вблизи нулевой отметки благодаря сильной динамике чипмейкеров. , Доллар США укрепляется во вторник по отношению к основным мировым валютам, поскольку доходности казначейских облигаций удерживаются вблизи многолетних максимумов, тогда как инвесторы готовятся к публикации важной макроэкономической статистики в США, которая может дать новые сигналы относительно дальнейшей траектории ставок Федеральной резервной системы. Австралийский доллар, напротив, снижается после ожидаемого повышения ставки Резервным банком Австралии.