Предвыборные дебаты на телевидении – жанр, как говорится, на любителя. Не потому, что людей не волнует позиция тех, за кого им придётся голосовать. Как раз волнует, а как иначе, в такое непростое время? Но есть у избирателей некий опыт – полемический задор кандидатов нередко рассасывается, стоит им только попасть в заветное кресло на Охотном ряду. Так что, думаю, этой осенью выступления представителей партий, претендующих на место в парламенте, зрители смотрели с особой придирчивостью.

Обещать – не значит жениться

Честно говоря, на одних дебатах представления не составишь, особенно о партиях, – без обиды – «второго эшелона». Они, как водится, агитируют за всё хорошее против всего плохого, разумеется, с поправкой на военное время – все что-нибудь говорят про победу. Кому-то, видно, показалось, что, если правильные слова произнесёт молоденькая и хорошенькая девочка, все поймут, что её устами говорит будущее. Получилось не очень – кажется, девочка не сильно понимала, о чём, собственно, речь идёт. В общем, такая же беда, как предвыборные ролики – не иначе, привлекли искусственный интеллект, причём изначально ущербный.

Не лучше выглядели и голые лозунги – как-то не вписываются они в обстановку, когда требуется не столько пафос, сколько реальные поступки, может, и не очень громкие, но обнадёживающие.

Словом, послушав дебаты, на которых опытные ведущие пытались вывести участников на конкретный разговор (что не всегда удавалось), я решила покопаться в программах, что оказалось проблематичным. Отчасти потому, что в некоторых из них преобладает тот же принцип «за всё хорошее». Поэтому пришлось сосредоточиться на партиях, имеющих реальные шансы преодолеть пятипроцентный барьер. Увы, и здесь сплошные повторы: к примеру, едва ли не все кандидаты собираются и обещают повысить пенсии и пособия, а тарифы снизить или на худой конец заморозить, сделать жильё доступным и так далее, позвольте не продолжать.

Впрочем, для каких-то партий, судя по всему, экономика – тайна за семью печатями. Или данность, типа: в магазинах продукты есть, маркет-плейсы работают – так чего эту тему поднимать, поговорим лучше об экологии на берегах Байкала. И о медведях.

С вашего позволения такие программы я рассматривать не стану, поскольку они больше напоминают школьные сочинения пятиклассников. Мы же с вами попробуем углубиться в экономические блоки партийных программ.

Поскольку сама я не решила пока, за кого стану голосовать, рекомендаций от меня не ждите, по моему мнению, здесь решать каждый должен самостоятельно. Главное – не ловиться на крючки популизма, которые, к сожалению, так или иначе развешивают все кандидаты.

…И решительный бой

Конечно, КПРФ выдала программу наступательную, продолжив курс прошлых лет, который дважды вывел партию на первое место, что позволило в 1995-м и 1999-м годах сформировать крупнейшую фракцию в нижней палате. Потом пошло «серебро» – за исключением 2016 года, когда её на время потеснила «Единая Россия».

Если говорить об экономическом блоке нынешней программы, надо отдать коммунистам должное – они упорно настаивают на кардинальных изменениях, в том числе, видимо, и конституционных. И, полагаю, имеют немало сторонников среди граждан, обеспокоенных хронической зависимостью финансовой системы России от доллара, постоянной оглядкой на МВФ, ВТО, Всемирный банк и подобные проамериканские структуры. Другое дело, что говорят они об этом не первый созыв (а их было уже шесть), однако ситуация с места не сдвинулась, а в каких-то моментах даже усугубилась. Либо в процессе парламентской работы члены фракции не были достаточно убедительны, либо не предложили зрелого механизма таких изменений. И то, и другое – не в их пользу, зато подталкивает к размышлениям.

В общем-то, ничего особо революционного (в смысле – всё сломать) коммунисты не предлагают. Более того, уж не знаю, с их ли подачи или по зрелом размышлении, но идею Госплана (вы вольны придумать любое другое название) выдали и глобальные структуры, которые так не милы КПРФ (и мне, кстати, в чём не стесняюсь признаться). Да и не такая он исключительно советская придумка: со времён Глеба Кржижановского планирование в том или ином виде существует и во вполне рыночных странах. Как, к слову, и мощный государственный сектор, который вполне себе благополучно мирится с рынком.

Вполне ожидаемы и те положения программы, которые связаны с реиндустриализацией, они отвечают не только ожиданиям людей, но и планам правительства. Так что и в этом смысле оппозиционная, как принято считать, партия не противоречит курсу власти. Понятно, что для реализации задумок требуются большие деньги, и здесь КПРФ снова обращается к пересмотру (постепенному, обратите внимание) результатов «варварской приватизации» 1990-х. На уровне электората эту идею поддерживают многие, однако во властных структурах, как мы знаем, царит другой подход. Но то, что КПРФ эту мысль не оставляет, дабы следовать за политической конъюнктурой, вызывает уважение.

Пожалуй, самый резкий раздел – финансовый, и вот его можно назвать по-настоящему оппозиционным, потому как он сильно противоречит успокоительным речам насчёт ключевой ставки и странных методов борьбы с инфляцией. У коммунистов есть свои представления и о развитии отечественной экономики, и о необходимости оглядываться на глобальные «правила», невесть кем придуманные. Если чуть более конкретно, то они, собственно, повторяют свои требования: остановить отток капитала, запретить работу в оффшорах и регистрацию российских предприятий в иностранных юрисдикциях и так далее. Наверное, все эти положения можно было перевести на законодательный уровень в предыдущих созывах, дискуссии по сему поводу идут, если не соврать, лет пятнадцать как минимум.

Но что-то не клеится у разных фракций согласие по принципиальным вопросам. Может, в новом созыве получится?

Как ЛДПР собирается спасать Россию

Одна из самых популярных в стране партий, которую ещё долго будут ассоциировать с именем Владимира Жириновского, главным слоганом своей предвыборной кампании выбрала «спасти Россию». В преамбуле, как обычно, много эмоций, но все они «в струю», поскольку затрагивают самые болезненные проблемы.

Однако мы договорились говорить о народном хозяйстве, поэтому посмотрим, как ЛДПР собирается выводить его на прогрессивный путь.

К сожалению, раздел, названный «Спасти экономику», состоит в основном из перечня намерений, изложенных в лозунговой форме. Ну, например, «отменим НДФЛ для доходов ниже 50 тысяч рублей (как сделано в Китае, Канаде, США и других странах) или «введём прогрессивный налог на роскошь» и «налог на сверхприбыль банков». Как основа для ярких выступлений с трибуны годится, осталось собрать голоса коллег-депутатов, чтобы эти идеи узаконить. А заодно и деньгами разжиться.

Особое внимание в экономическом разделе уделено мигрантам – и, строго говоря, не без оснований. В частности, предлагается отменить для них социальные пособия и выплаты, выдворить безработных «пришельцев», притащивших с собой с родины многочисленные семьи, удвоить стоимость патента, ввести платежи за переводы денег в другие страны. Не знаю, даст ли это заметную экономию средств, но порядок навести поможет.

Что касается перспектив развития народного хозяйства, здесь авторы лаконичны и не оригинальны: снижать ключевую ставку (значительно, но постепенно), чтобы удешевить кредиты, и создать некий «промышленный банк, который начнет кредитовать по целевым программам приоритетные отрасли промышленности под 5%». Вот тут я, видимо, чего-то не поняла – а что, банков мало, в том числе государственных, «развития» и прочих?

К сожалению, все предложенные в этом разделе меры либо известны, либо уже приняты, а в программу внесены, похоже, по принципу «чтобы было». Короче говоря, экономическая тема для ЛДПР – не то, чтобы непонятная, но какая-то «неродная», потому и изобилует банальностями.

И вишенка на торте – на «преобразование России» отведено 100 дней, поскольку, как говорил Владимир Вольфович, оно должно быть стремительным. Похоже, последователи не очень хорошо поняли отца-основателя…

Манифесты снова в тренде?

Признаться, к предвыборной программе «Справедливой России» я приступала с особым отношением. Во-первых, что скрывать, у меня в этой партии много добрых знакомых – не «личных», а по работе, что для меня в данном случае важнее. Во-вторых, среди них есть несколько экономистов, к мнению которых прислушиваюсь не только я, но и те, кто согласен с тем, что с позицией финансово-экономического блока надо что-то делать. Не только с ключевой ставкой, на коей все зациклились, а именно с позицией.

«Манифест справедливости», с которым я ознакомилась, меня несколько озадачил. Не то, чтобы я не разделяла десять целей, с которыми партия идёт на выборы, кто же станет их оспаривать в здравом-то уме? Однако опять та же предвыборная беда – всё в лозунговой форме.

И снова ничего нового – разве что цифры отличаются от других программ. К примеру, налог со сверхбогатых надо увеличить до 35%. Но ключевую ставку – снизить до тех же 5%. Требование справедливое, что спорить, но, как мы помним, всякий раз разбивается о непоколебимую позицию мегарегулятора при поддержке президента страны. Остаётся гадать, есть ли под этим пунктом просчитанное экономическое обоснование, или всё так и будет оставаться в телевизионных выступлениях.

Наверняка избиратели по достоинству оценят и предложение возродить строительство арендного и социального жилья. Во всяком случае, в решении демографической проблемы оно могло бы сыграть не меньшую роль, чем материнский капитал. Увы, предвижу, как дельное предложение разобьётся об аппетиты девелоперов. Между тем, социальное и доступное арендное жильё существует и в самых что ни на есть «развитых» странах – и ничего, как-то сумели помирить «квартирный вопрос» с более или менее прибыльным строительством. Если авторы манифеста знают как – флаг им в руки.

Если смотреть на «Манифест справедливости» в целом, каждая из десяти целей, чего бы они ни касались, так или иначе связана с экономикой. Потому что их достижение требует серьёзных вложений. О них в программе практически ничего нет, но приведу слова одного из кандидатов от партии – Александра Бабакова, который не устаёт повторять, что такие вложения нельзя трактовать, как голые затраты, потому что это как и раз и есть инвестиции – в развитие, а в конечном счёте и в будущее.

Вот такое у меня двойственное ощущение от «Манифеста справедливости» – с одной стороны, хорошая программа, а с другой – всё-таки в большей степени декларация о намерениях.

Куда зовут «Новые люди»

Самую молодую парламентскую партию я оставила, так сказать, ближе к десерту – вот, думаю, за кем будущее, кто лучше всех понимает, как поднять страну…

Однако ребята меня сразу озадачили: говорят, главный капитал страны – не нефть, не ракеты и не ВВП, а вовсе доверие и достоинство. Кто ж спорит-то… Но у голодного и бездомного человека с достоинством тяжеловато. А не сильно образованного и к тому же доверчивого можно в два счёта обмануть, особенно используя современные технологии.

Всё-таки я решила не вредничать и прошерстила короткую программу партии «Новые люди» по пунктам.

В первом приближении показалось, что передо мной типовой образец документа «за всё хорошее против всего плохого». Строго говоря, так и есть, хотя кандидаты предлагают и более конкретные решения. Например, всё то же арендное жильё для молодых, с ценами ниже рынка и с правом выкупа через 10 лет. Можно только приветствовать и требование полного аудита тарифов ЖКХ – иначе жильцам так и станут дальше вешать лапшу на уши, а когда очередная управляющая компания таки попадётся на жульничестве, уже поздно, денег не вернут…

Достаточно актуально выглядит и требование «демонополизации ключевых рынков», не знаю лишь, насколько обоснованы критерии принадлежности тех или иных игроков к категории монополий. Хотя само по себе «реальное антимонопольное регулирование» – то, чего точно не хватает. Как его осуществлять в ручном режиме, показал топливный кризис, но, согласитесь, это выход разве только в экстренных ситуациях.

Если коротко резюмировать программу «Новых людей», она представляет собой пока скорее «заявку на участие», нежели план работы – вроде почти всё охватили, все пункты по делу, но в основном – по верхам.

Где деньги, Зин?

Конечно, лучший способ проверки – посмотреть, как партия отличилась в прошлом созыве, но и здесь есть нюансы. Понятно же, что «Единая Россия», которую не случайно называют «путинской» (так, по сути, оно и есть), имеет больше возможностей. И, как показал прошлый созыв, больше всего реальных дел. Хотя и вопросы есть, во всяком случае, у меня лично. Недаром же названа она «Народной программой», а я тот самый народ и есть, то есть адресована она мне лично, как и каждому из вас. И, если верить её авторам (а у меня пока нет оснований им не верить), составлена она как раз «на основе предложений граждан».

Среди «семи вызовов», обозначенных в программе, на первом месте стоит демография. Кому-то это, возможно, покажется неточным, но, во-первых, дело не в расположении на страницах, а в самой сути. Мы привычно гордимся самой большой в мире территорией и зарытыми в её недрах неисчислимыми богатствами (их и правда никто просчитать не в силах), но что они без людей? Помните поэму Владимира Маяковского «150 000 000»? Так вот, написана она между 1919 и 1920 годами. Сейчас, через сто с лишним лет, нас меньше, а учёные сулят дальнейшую депопуляцию (и не только нам, но и миллиардным Китаю и Индии).

Спросите, какое отношение имеет демография к экономике? Да самое непосредственное. С одной стороны, для того, чтобы исправить ситуацию, требуются огромные средства – причём в основном из бюджета. С другой, чтобы бюджет такие затраты выдержал, нужны рабочие руки и мозги. Процесс урбанизации, выручивший послереволюционную Россию, нынче уже не спасёт, на миграцию надежда слабая и проблемная (посмотрите, куда она завела и Европу, и США). Остаётся – рожать своих, уж извините за прозу жизни. И как-то справиться с проблемой «пылесосов», которыми стали не только мегаполисы, но уже и города-миллионники. А это – тоже чистая экономика, даже когда речь идёт о культуре или образовании.

Когда речь заходит о втором вызове – кардинальном изменении рынка труда, у меня появляются первые вопросы. О том, как необходимо повысить производительность труда, я слышу со времён работы в многотиражке химкомбината. Но и тогда, и частично теперь говорят главным образом о «личном вкладе» и интенсификации – короче, все должны стать стахановцами. Между тем, об Алексее Стаханове написано (и прежде, и в новой России) много всякой фигни, за которой рассеялась правда – рекордная выработка стала возможной потому, что шахтёр предложил принципиально иную организацию процесса, основанную на разделении труда. Не мне судить, насколько это ново было для угольной промышленности, но американский журнал Time подробно писал о Стаханове именно как о новаторе.

Так вот, мой вопрос: есть ли обоснованная программа повышения производительности и просчитаны ли затраты на этот процесс в современных условиях? То есть на словах-то там всё есть, а кто отвечает за конкретику? Скажем, за роботизацию – есть ли центр, куда стекаются сведения о прогрессе и проблемах в этой области?

Третьего вызова я уже коснулась выше – нам не вылезти из демографической ямы до тех пор, пока регионы будут развиваться «по остаточному принципу». Правда, тут точно есть подвижки к лучшему, но пока всё упирается в пресловутый человеческий фактор – если делать карьеру в любой области или прилично зарабатывать (да хоть курьером), поезжай в Москву или Питер. Проблема в «Народной программе» сформулирована очень грамотно, остаётся надеяться, что реализовать её будут правильные люди. Повторю, изменения уже видны, хотя работы – край непочатый.

Вот, наконец, мы добрались до четвёртого, сугубо экономического вызова: обеспечить опережающий и качественный рост. Вот, как ни странно, под каждым из абзацев этого раздела я готова смело подписаться. Всё к месту – и запускать новые инвестиционные циклы, и деловой климат, и поддержка малого и среднего бизнеса. Одного не хватает – как всё это сделать при запретительной ключевой ставке и хроническом недостатке денежной массы. О каком-либо заметном участии в новом витке технологической революции (это пятый вызов) и говорить не приходится. Наши партнёры, конкуренты и противники вкладывают безумные средства, а мы всё таргетируем инфляцию… Про это противоречие в программе, разумеется, нет ни слова, хотя предполагается, что выполнять мы её будем всем миром. Но пока на пути «вперёд и выше» возникает некий волнорез, существование которого президент объясняет успокоительными словами, а премьер-министр порой и вовсе отводит глаза (хотя, может, мне и показалось).

«Народная программа» – документ, просчитанный и проработанный, надо думать, к её подготовке привлекли не самые слабые российские умы. Однако остаётся ощущение, если хотите, недосказанности. И возникают, как я уже сказала, вопросы, главный из которых: откуда брать деньги на решение такого объёма задач для огромной страны? Дежурные слова о производительности и эффективности остаются словами, когда избиратель смотрит по телику очередные новости из того же Китая, где по цеху бегают бодрые роботы, а у него в это время очередной мигрант долбит кувалдой стену ванной «в целях капремонта». (Это я вам привела пример из личной жизни – в нашем относительно не старом доме капремонт идёт уже четыре года, и в основном с помощью тех же кувалд).

Ладно, оставим личные впечатления, ремонты как-то переживём, даже учитывая, что в стране огромный объём аварийного жилья. Но ведь нам строить надо – и не только «человейники», но и современные заводы, дата-центры, осваивать искусственный интеллект, будь он неладен, спускать на воду танкеры и сухогрузы, запускать самолёты и ракеты… Да ни в какую программу, трижды народную, такая куча задач не влезет. А на всё требуются большие деньги, с которыми – не поймёшь, то ли всё хорошо, то ли везде не хватает.

Так что мой «наказ избирателя» партии, которая уж точно пройдёт в Думу и снова создаст самую крупную фракцию, выглядит очень просто: разберитесь, пожалуйста, с финансами и помогите исполнительной власти определиться, кто всё-таки принимает у нас решения. А то какая-то «непонятка» возникла.

* * *

Поскольку я задалась целью изучить экономические блоки предвыборных программ, свой главный вопрос (про экономику он всё же частично) задам под конец. Так какое будущее мы строим? Свою суверенную страну – или намерены вернуться в «глобальный мир», где нас если и видят, то пресловутым сырьевым придатком? Благо, помимо нефти с газом, у нас ещё много чего есть… Вопрос мой не случаен, ибо желающих вернуться в недавнее прошлое «хоть тушкой, хоть чучелком» хватает.

Надо понимать, что в одну реку, как сказал древний грек Гераклит, нельзя войти дважды. Да и не нужно – будущее куда интереснее.

, Фондовые площадки Европы закрылись ростом в среду, поскольку пауза в ралли нефтяных котировок поддержала аппетит к риску накануне объявления решения Федеральной резервной системы США по ставке. , Цены на нефть в среду снижаются: трейдеры оценивают масштаб ущерба поставкам на Ближнем Востоке и пытаются понять, не был ли недавний рост котировок чрезмерным. , Цены на золото в среду растут после двухдневного снижения: поддержку металлу обеспечили откат нефти и снижение доходностей казначейских облигаций США, тогда как инвесторы ждут решения Федеральной резервной системы (ФРС) по ставке и последующего выступления председателя регулятора Кевина Уорша, рассчитывая получить сигналы о дальнейшем курсе денежно‑кредитной политики.

Предвыборные дебаты на телевидении – жанр, как говорится, на любителя. Не потому, что людей не волнует позиция тех, за кого им придётся голосовать. Как раз волнует, а как иначе, в такое непростое время? Но есть у избирателей некий опыт – полемический задор кандидатов нередко рассасывается, стоит им только попасть в заветное кресло на Охотном ряду. Так что, думаю, этой осенью выступления представителей партий, претендующих на место в парламенте, зрители смотрели с особой придирчивостью.

Обещать – не значит жениться

Честно говоря, на одних дебатах представления не составишь, особенно о партиях, – без обиды – «второго эшелона». Они, как водится, агитируют за всё хорошее против всего плохого, разумеется, с поправкой на военное время – все что-нибудь говорят про победу. Кому-то, видно, показалось, что, если правильные слова произнесёт молоденькая и хорошенькая девочка, все поймут, что её устами говорит будущее. Получилось не очень – кажется, девочка не сильно понимала, о чём, собственно, речь идёт. В общем, такая же беда, как предвыборные ролики – не иначе, привлекли искусственный интеллект, причём изначально ущербный.

Не лучше выглядели и голые лозунги – как-то не вписываются они в обстановку, когда требуется не столько пафос, сколько реальные поступки, может, и не очень громкие, но обнадёживающие.

Словом, послушав дебаты, на которых опытные ведущие пытались вывести участников на конкретный разговор (что не всегда удавалось), я решила покопаться в программах, что оказалось проблематичным. Отчасти потому, что в некоторых из них преобладает тот же принцип «за всё хорошее». Поэтому пришлось сосредоточиться на партиях, имеющих реальные шансы преодолеть пятипроцентный барьер. Увы, и здесь сплошные повторы: к примеру, едва ли не все кандидаты собираются и обещают повысить пенсии и пособия, а тарифы снизить или на худой конец заморозить, сделать жильё доступным и так далее, позвольте не продолжать.

Впрочем, для каких-то партий, судя по всему, экономика – тайна за семью печатями. Или данность, типа: в магазинах продукты есть, маркет-плейсы работают – так чего эту тему поднимать, поговорим лучше об экологии на берегах Байкала. И о медведях.

С вашего позволения такие программы я рассматривать не стану, поскольку они больше напоминают школьные сочинения пятиклассников. Мы же с вами попробуем углубиться в экономические блоки партийных программ.

Поскольку сама я не решила пока, за кого стану голосовать, рекомендаций от меня не ждите, по моему мнению, здесь решать каждый должен самостоятельно. Главное – не ловиться на крючки популизма, которые, к сожалению, так или иначе развешивают все кандидаты.

…И решительный бой

Конечно, КПРФ выдала программу наступательную, продолжив курс прошлых лет, который дважды вывел партию на первое место, что позволило в 1995-м и 1999-м годах сформировать крупнейшую фракцию в нижней палате. Потом пошло «серебро» – за исключением 2016 года, когда её на время потеснила «Единая Россия».

Если говорить об экономическом блоке нынешней программы, надо отдать коммунистам должное – они упорно настаивают на кардинальных изменениях, в том числе, видимо, и конституционных. И, полагаю, имеют немало сторонников среди граждан, обеспокоенных хронической зависимостью финансовой системы России от доллара, постоянной оглядкой на МВФ, ВТО, Всемирный банк и подобные проамериканские структуры. Другое дело, что говорят они об этом не первый созыв (а их было уже шесть), однако ситуация с места не сдвинулась, а в каких-то моментах даже усугубилась. Либо в процессе парламентской работы члены фракции не были достаточно убедительны, либо не предложили зрелого механизма таких изменений. И то, и другое – не в их пользу, зато подталкивает к размышлениям.

В общем-то, ничего особо революционного (в смысле – всё сломать) коммунисты не предлагают. Более того, уж не знаю, с их ли подачи или по зрелом размышлении, но идею Госплана (вы вольны придумать любое другое название) выдали и глобальные структуры, которые так не милы КПРФ (и мне, кстати, в чём не стесняюсь признаться). Да и не такая он исключительно советская придумка: со времён Глеба Кржижановского планирование в том или ином виде существует и во вполне рыночных странах. Как, к слову, и мощный государственный сектор, который вполне себе благополучно мирится с рынком.

Вполне ожидаемы и те положения программы, которые связаны с реиндустриализацией, они отвечают не только ожиданиям людей, но и планам правительства. Так что и в этом смысле оппозиционная, как принято считать, партия не противоречит курсу власти. Понятно, что для реализации задумок требуются большие деньги, и здесь КПРФ снова обращается к пересмотру (постепенному, обратите внимание) результатов «варварской приватизации» 1990-х. На уровне электората эту идею поддерживают многие, однако во властных структурах, как мы знаем, царит другой подход. Но то, что КПРФ эту мысль не оставляет, дабы следовать за политической конъюнктурой, вызывает уважение.

Пожалуй, самый резкий раздел – финансовый, и вот его можно назвать по-настоящему оппозиционным, потому как он сильно противоречит успокоительным речам насчёт ключевой ставки и странных методов борьбы с инфляцией. У коммунистов есть свои представления и о развитии отечественной экономики, и о необходимости оглядываться на глобальные «правила», невесть кем придуманные. Если чуть более конкретно, то они, собственно, повторяют свои требования: остановить отток капитала, запретить работу в оффшорах и регистрацию российских предприятий в иностранных юрисдикциях и так далее. Наверное, все эти положения можно было перевести на законодательный уровень в предыдущих созывах, дискуссии по сему поводу идут, если не соврать, лет пятнадцать как минимум.

Но что-то не клеится у разных фракций согласие по принципиальным вопросам. Может, в новом созыве получится?

Как ЛДПР собирается спасать Россию

Одна из самых популярных в стране партий, которую ещё долго будут ассоциировать с именем Владимира Жириновского, главным слоганом своей предвыборной кампании выбрала «спасти Россию». В преамбуле, как обычно, много эмоций, но все они «в струю», поскольку затрагивают самые болезненные проблемы.

Однако мы договорились говорить о народном хозяйстве, поэтому посмотрим, как ЛДПР собирается выводить его на прогрессивный путь.

К сожалению, раздел, названный «Спасти экономику», состоит в основном из перечня намерений, изложенных в лозунговой форме. Ну, например, «отменим НДФЛ для доходов ниже 50 тысяч рублей (как сделано в Китае, Канаде, США и других странах) или «введём прогрессивный налог на роскошь» и «налог на сверхприбыль банков». Как основа для ярких выступлений с трибуны годится, осталось собрать голоса коллег-депутатов, чтобы эти идеи узаконить. А заодно и деньгами разжиться.

Особое внимание в экономическом разделе уделено мигрантам – и, строго говоря, не без оснований. В частности, предлагается отменить для них социальные пособия и выплаты, выдворить безработных «пришельцев», притащивших с собой с родины многочисленные семьи, удвоить стоимость патента, ввести платежи за переводы денег в другие страны. Не знаю, даст ли это заметную экономию средств, но порядок навести поможет.

Что касается перспектив развития народного хозяйства, здесь авторы лаконичны и не оригинальны: снижать ключевую ставку (значительно, но постепенно), чтобы удешевить кредиты, и создать некий «промышленный банк, который начнет кредитовать по целевым программам приоритетные отрасли промышленности под 5%». Вот тут я, видимо, чего-то не поняла – а что, банков мало, в том числе государственных, «развития» и прочих?

К сожалению, все предложенные в этом разделе меры либо известны, либо уже приняты, а в программу внесены, похоже, по принципу «чтобы было». Короче говоря, экономическая тема для ЛДПР – не то, чтобы непонятная, но какая-то «неродная», потому и изобилует банальностями.

И вишенка на торте – на «преобразование России» отведено 100 дней, поскольку, как говорил Владимир Вольфович, оно должно быть стремительным. Похоже, последователи не очень хорошо поняли отца-основателя…

Манифесты снова в тренде?

Признаться, к предвыборной программе «Справедливой России» я приступала с особым отношением. Во-первых, что скрывать, у меня в этой партии много добрых знакомых – не «личных», а по работе, что для меня в данном случае важнее. Во-вторых, среди них есть несколько экономистов, к мнению которых прислушиваюсь не только я, но и те, кто согласен с тем, что с позицией финансово-экономического блока надо что-то делать. Не только с ключевой ставкой, на коей все зациклились, а именно с позицией.

«Манифест справедливости», с которым я ознакомилась, меня несколько озадачил. Не то, чтобы я не разделяла десять целей, с которыми партия идёт на выборы, кто же станет их оспаривать в здравом-то уме? Однако опять та же предвыборная беда – всё в лозунговой форме.

И снова ничего нового – разве что цифры отличаются от других программ. К примеру, налог со сверхбогатых надо увеличить до 35%. Но ключевую ставку – снизить до тех же 5%. Требование справедливое, что спорить, но, как мы помним, всякий раз разбивается о непоколебимую позицию мегарегулятора при поддержке президента страны. Остаётся гадать, есть ли под этим пунктом просчитанное экономическое обоснование, или всё так и будет оставаться в телевизионных выступлениях.

Наверняка избиратели по достоинству оценят и предложение возродить строительство арендного и социального жилья. Во всяком случае, в решении демографической проблемы оно могло бы сыграть не меньшую роль, чем материнский капитал. Увы, предвижу, как дельное предложение разобьётся об аппетиты девелоперов. Между тем, социальное и доступное арендное жильё существует и в самых что ни на есть «развитых» странах – и ничего, как-то сумели помирить «квартирный вопрос» с более или менее прибыльным строительством. Если авторы манифеста знают как – флаг им в руки.

Если смотреть на «Манифест справедливости» в целом, каждая из десяти целей, чего бы они ни касались, так или иначе связана с экономикой. Потому что их достижение требует серьёзных вложений. О них в программе практически ничего нет, но приведу слова одного из кандидатов от партии – Александра Бабакова, который не устаёт повторять, что такие вложения нельзя трактовать, как голые затраты, потому что это как и раз и есть инвестиции – в развитие, а в конечном счёте и в будущее.

Вот такое у меня двойственное ощущение от «Манифеста справедливости» – с одной стороны, хорошая программа, а с другой – всё-таки в большей степени декларация о намерениях.

Куда зовут «Новые люди»

Самую молодую парламентскую партию я оставила, так сказать, ближе к десерту – вот, думаю, за кем будущее, кто лучше всех понимает, как поднять страну…

Однако ребята меня сразу озадачили: говорят, главный капитал страны – не нефть, не ракеты и не ВВП, а вовсе доверие и достоинство. Кто ж спорит-то… Но у голодного и бездомного человека с достоинством тяжеловато. А не сильно образованного и к тому же доверчивого можно в два счёта обмануть, особенно используя современные технологии.

Всё-таки я решила не вредничать и прошерстила короткую программу партии «Новые люди» по пунктам.

В первом приближении показалось, что передо мной типовой образец документа «за всё хорошее против всего плохого». Строго говоря, так и есть, хотя кандидаты предлагают и более конкретные решения. Например, всё то же арендное жильё для молодых, с ценами ниже рынка и с правом выкупа через 10 лет. Можно только приветствовать и требование полного аудита тарифов ЖКХ – иначе жильцам так и станут дальше вешать лапшу на уши, а когда очередная управляющая компания таки попадётся на жульничестве, уже поздно, денег не вернут…

Достаточно актуально выглядит и требование «демонополизации ключевых рынков», не знаю лишь, насколько обоснованы критерии принадлежности тех или иных игроков к категории монополий. Хотя само по себе «реальное антимонопольное регулирование» – то, чего точно не хватает. Как его осуществлять в ручном режиме, показал топливный кризис, но, согласитесь, это выход разве только в экстренных ситуациях.

Если коротко резюмировать программу «Новых людей», она представляет собой пока скорее «заявку на участие», нежели план работы – вроде почти всё охватили, все пункты по делу, но в основном – по верхам.

Где деньги, Зин?

Конечно, лучший способ проверки – посмотреть, как партия отличилась в прошлом созыве, но и здесь есть нюансы. Понятно же, что «Единая Россия», которую не случайно называют «путинской» (так, по сути, оно и есть), имеет больше возможностей. И, как показал прошлый созыв, больше всего реальных дел. Хотя и вопросы есть, во всяком случае, у меня лично. Недаром же названа она «Народной программой», а я тот самый народ и есть, то есть адресована она мне лично, как и каждому из вас. И, если верить её авторам (а у меня пока нет оснований им не верить), составлена она как раз «на основе предложений граждан».

Среди «семи вызовов», обозначенных в программе, на первом месте стоит демография. Кому-то это, возможно, покажется неточным, но, во-первых, дело не в расположении на страницах, а в самой сути. Мы привычно гордимся самой большой в мире территорией и зарытыми в её недрах неисчислимыми богатствами (их и правда никто просчитать не в силах), но что они без людей? Помните поэму Владимира Маяковского «150 000 000»? Так вот, написана она между 1919 и 1920 годами. Сейчас, через сто с лишним лет, нас меньше, а учёные сулят дальнейшую депопуляцию (и не только нам, но и миллиардным Китаю и Индии).

Спросите, какое отношение имеет демография к экономике? Да самое непосредственное. С одной стороны, для того, чтобы исправить ситуацию, требуются огромные средства – причём в основном из бюджета. С другой, чтобы бюджет такие затраты выдержал, нужны рабочие руки и мозги. Процесс урбанизации, выручивший послереволюционную Россию, нынче уже не спасёт, на миграцию надежда слабая и проблемная (посмотрите, куда она завела и Европу, и США). Остаётся – рожать своих, уж извините за прозу жизни. И как-то справиться с проблемой «пылесосов», которыми стали не только мегаполисы, но уже и города-миллионники. А это – тоже чистая экономика, даже когда речь идёт о культуре или образовании.

Когда речь заходит о втором вызове – кардинальном изменении рынка труда, у меня появляются первые вопросы. О том, как необходимо повысить производительность труда, я слышу со времён работы в многотиражке химкомбината. Но и тогда, и частично теперь говорят главным образом о «личном вкладе» и интенсификации – короче, все должны стать стахановцами. Между тем, об Алексее Стаханове написано (и прежде, и в новой России) много всякой фигни, за которой рассеялась правда – рекордная выработка стала возможной потому, что шахтёр предложил принципиально иную организацию процесса, основанную на разделении труда. Не мне судить, насколько это ново было для угольной промышленности, но американский журнал Time подробно писал о Стаханове именно как о новаторе.

Так вот, мой вопрос: есть ли обоснованная программа повышения производительности и просчитаны ли затраты на этот процесс в современных условиях? То есть на словах-то там всё есть, а кто отвечает за конкретику? Скажем, за роботизацию – есть ли центр, куда стекаются сведения о прогрессе и проблемах в этой области?

Третьего вызова я уже коснулась выше – нам не вылезти из демографической ямы до тех пор, пока регионы будут развиваться «по остаточному принципу». Правда, тут точно есть подвижки к лучшему, но пока всё упирается в пресловутый человеческий фактор – если делать карьеру в любой области или прилично зарабатывать (да хоть курьером), поезжай в Москву или Питер. Проблема в «Народной программе» сформулирована очень грамотно, остаётся надеяться, что реализовать её будут правильные люди. Повторю, изменения уже видны, хотя работы – край непочатый.

Вот, наконец, мы добрались до четвёртого, сугубо экономического вызова: обеспечить опережающий и качественный рост. Вот, как ни странно, под каждым из абзацев этого раздела я готова смело подписаться. Всё к месту – и запускать новые инвестиционные циклы, и деловой климат, и поддержка малого и среднего бизнеса. Одного не хватает – как всё это сделать при запретительной ключевой ставке и хроническом недостатке денежной массы. О каком-либо заметном участии в новом витке технологической революции (это пятый вызов) и говорить не приходится. Наши партнёры, конкуренты и противники вкладывают безумные средства, а мы всё таргетируем инфляцию… Про это противоречие в программе, разумеется, нет ни слова, хотя предполагается, что выполнять мы её будем всем миром. Но пока на пути «вперёд и выше» возникает некий волнорез, существование которого президент объясняет успокоительными словами, а премьер-министр порой и вовсе отводит глаза (хотя, может, мне и показалось).

«Народная программа» – документ, просчитанный и проработанный, надо думать, к её подготовке привлекли не самые слабые российские умы. Однако остаётся ощущение, если хотите, недосказанности. И возникают, как я уже сказала, вопросы, главный из которых: откуда брать деньги на решение такого объёма задач для огромной страны? Дежурные слова о производительности и эффективности остаются словами, когда избиратель смотрит по телику очередные новости из того же Китая, где по цеху бегают бодрые роботы, а у него в это время очередной мигрант долбит кувалдой стену ванной «в целях капремонта». (Это я вам привела пример из личной жизни – в нашем относительно не старом доме капремонт идёт уже четыре года, и в основном с помощью тех же кувалд).

Ладно, оставим личные впечатления, ремонты как-то переживём, даже учитывая, что в стране огромный объём аварийного жилья. Но ведь нам строить надо – и не только «человейники», но и современные заводы, дата-центры, осваивать искусственный интеллект, будь он неладен, спускать на воду танкеры и сухогрузы, запускать самолёты и ракеты… Да ни в какую программу, трижды народную, такая куча задач не влезет. А на всё требуются большие деньги, с которыми – не поймёшь, то ли всё хорошо, то ли везде не хватает.

Так что мой «наказ избирателя» партии, которая уж точно пройдёт в Думу и снова создаст самую крупную фракцию, выглядит очень просто: разберитесь, пожалуйста, с финансами и помогите исполнительной власти определиться, кто всё-таки принимает у нас решения. А то какая-то «непонятка» возникла.

* * *

Поскольку я задалась целью изучить экономические блоки предвыборных программ, свой главный вопрос (про экономику он всё же частично) задам под конец. Так какое будущее мы строим? Свою суверенную страну – или намерены вернуться в «глобальный мир», где нас если и видят, то пресловутым сырьевым придатком? Благо, помимо нефти с газом, у нас ещё много чего есть… Вопрос мой не случаен, ибо желающих вернуться в недавнее прошлое «хоть тушкой, хоть чучелком» хватает.

Надо понимать, что в одну реку, как сказал древний грек Гераклит, нельзя войти дважды. Да и не нужно – будущее куда интереснее.

, Фондовые площадки Европы закрылись ростом в среду, поскольку пауза в ралли нефтяных котировок поддержала аппетит к риску накануне объявления решения Федеральной резервной системы США по ставке. , Цены на нефть в среду снижаются: трейдеры оценивают масштаб ущерба поставкам на Ближнем Востоке и пытаются понять, не был ли недавний рост котировок чрезмерным. , Цены на золото в среду растут после двухдневного снижения: поддержку металлу обеспечили откат нефти и снижение доходностей казначейских облигаций США, тогда как инвесторы ждут решения Федеральной резервной системы (ФРС) по ставке и последующего выступления председателя регулятора Кевина Уорша, рассчитывая получить сигналы о дальнейшем курсе денежно‑кредитной политики.

Предвыборные дебаты на телевидении – жанр, как говорится, на любителя. Не потому, что людей не волнует позиция тех, за кого им придётся голосовать. Как раз волнует, а как иначе, в такое непростое время? Но есть у избирателей некий опыт – полемический задор кандидатов нередко рассасывается, стоит им только попасть в заветное кресло на Охотном ряду. Так что, думаю, этой осенью выступления представителей партий, претендующих на место в парламенте, зрители смотрели с особой придирчивостью.

Обещать – не значит жениться

Честно говоря, на одних дебатах представления не составишь, особенно о партиях, – без обиды – «второго эшелона». Они, как водится, агитируют за всё хорошее против всего плохого, разумеется, с поправкой на военное время – все что-нибудь говорят про победу. Кому-то, видно, показалось, что, если правильные слова произнесёт молоденькая и хорошенькая девочка, все поймут, что её устами говорит будущее. Получилось не очень – кажется, девочка не сильно понимала, о чём, собственно, речь идёт. В общем, такая же беда, как предвыборные ролики – не иначе, привлекли искусственный интеллект, причём изначально ущербный.

Не лучше выглядели и голые лозунги – как-то не вписываются они в обстановку, когда требуется не столько пафос, сколько реальные поступки, может, и не очень громкие, но обнадёживающие.

Словом, послушав дебаты, на которых опытные ведущие пытались вывести участников на конкретный разговор (что не всегда удавалось), я решила покопаться в программах, что оказалось проблематичным. Отчасти потому, что в некоторых из них преобладает тот же принцип «за всё хорошее». Поэтому пришлось сосредоточиться на партиях, имеющих реальные шансы преодолеть пятипроцентный барьер. Увы, и здесь сплошные повторы: к примеру, едва ли не все кандидаты собираются и обещают повысить пенсии и пособия, а тарифы снизить или на худой конец заморозить, сделать жильё доступным и так далее, позвольте не продолжать.

Впрочем, для каких-то партий, судя по всему, экономика – тайна за семью печатями. Или данность, типа: в магазинах продукты есть, маркет-плейсы работают – так чего эту тему поднимать, поговорим лучше об экологии на берегах Байкала. И о медведях.

С вашего позволения такие программы я рассматривать не стану, поскольку они больше напоминают школьные сочинения пятиклассников. Мы же с вами попробуем углубиться в экономические блоки партийных программ.

Поскольку сама я не решила пока, за кого стану голосовать, рекомендаций от меня не ждите, по моему мнению, здесь решать каждый должен самостоятельно. Главное – не ловиться на крючки популизма, которые, к сожалению, так или иначе развешивают все кандидаты.

…И решительный бой

Конечно, КПРФ выдала программу наступательную, продолжив курс прошлых лет, который дважды вывел партию на первое место, что позволило в 1995-м и 1999-м годах сформировать крупнейшую фракцию в нижней палате. Потом пошло «серебро» – за исключением 2016 года, когда её на время потеснила «Единая Россия».

Если говорить об экономическом блоке нынешней программы, надо отдать коммунистам должное – они упорно настаивают на кардинальных изменениях, в том числе, видимо, и конституционных. И, полагаю, имеют немало сторонников среди граждан, обеспокоенных хронической зависимостью финансовой системы России от доллара, постоянной оглядкой на МВФ, ВТО, Всемирный банк и подобные проамериканские структуры. Другое дело, что говорят они об этом не первый созыв (а их было уже шесть), однако ситуация с места не сдвинулась, а в каких-то моментах даже усугубилась. Либо в процессе парламентской работы члены фракции не были достаточно убедительны, либо не предложили зрелого механизма таких изменений. И то, и другое – не в их пользу, зато подталкивает к размышлениям.

В общем-то, ничего особо революционного (в смысле – всё сломать) коммунисты не предлагают. Более того, уж не знаю, с их ли подачи или по зрелом размышлении, но идею Госплана (вы вольны придумать любое другое название) выдали и глобальные структуры, которые так не милы КПРФ (и мне, кстати, в чём не стесняюсь признаться). Да и не такая он исключительно советская придумка: со времён Глеба Кржижановского планирование в том или ином виде существует и во вполне рыночных странах. Как, к слову, и мощный государственный сектор, который вполне себе благополучно мирится с рынком.

Вполне ожидаемы и те положения программы, которые связаны с реиндустриализацией, они отвечают не только ожиданиям людей, но и планам правительства. Так что и в этом смысле оппозиционная, как принято считать, партия не противоречит курсу власти. Понятно, что для реализации задумок требуются большие деньги, и здесь КПРФ снова обращается к пересмотру (постепенному, обратите внимание) результатов «варварской приватизации» 1990-х. На уровне электората эту идею поддерживают многие, однако во властных структурах, как мы знаем, царит другой подход. Но то, что КПРФ эту мысль не оставляет, дабы следовать за политической конъюнктурой, вызывает уважение.

Пожалуй, самый резкий раздел – финансовый, и вот его можно назвать по-настоящему оппозиционным, потому как он сильно противоречит успокоительным речам насчёт ключевой ставки и странных методов борьбы с инфляцией. У коммунистов есть свои представления и о развитии отечественной экономики, и о необходимости оглядываться на глобальные «правила», невесть кем придуманные. Если чуть более конкретно, то они, собственно, повторяют свои требования: остановить отток капитала, запретить работу в оффшорах и регистрацию российских предприятий в иностранных юрисдикциях и так далее. Наверное, все эти положения можно было перевести на законодательный уровень в предыдущих созывах, дискуссии по сему поводу идут, если не соврать, лет пятнадцать как минимум.

Но что-то не клеится у разных фракций согласие по принципиальным вопросам. Может, в новом созыве получится?

Как ЛДПР собирается спасать Россию

Одна из самых популярных в стране партий, которую ещё долго будут ассоциировать с именем Владимира Жириновского, главным слоганом своей предвыборной кампании выбрала «спасти Россию». В преамбуле, как обычно, много эмоций, но все они «в струю», поскольку затрагивают самые болезненные проблемы.

Однако мы договорились говорить о народном хозяйстве, поэтому посмотрим, как ЛДПР собирается выводить его на прогрессивный путь.

К сожалению, раздел, названный «Спасти экономику», состоит в основном из перечня намерений, изложенных в лозунговой форме. Ну, например, «отменим НДФЛ для доходов ниже 50 тысяч рублей (как сделано в Китае, Канаде, США и других странах) или «введём прогрессивный налог на роскошь» и «налог на сверхприбыль банков». Как основа для ярких выступлений с трибуны годится, осталось собрать голоса коллег-депутатов, чтобы эти идеи узаконить. А заодно и деньгами разжиться.

Особое внимание в экономическом разделе уделено мигрантам – и, строго говоря, не без оснований. В частности, предлагается отменить для них социальные пособия и выплаты, выдворить безработных «пришельцев», притащивших с собой с родины многочисленные семьи, удвоить стоимость патента, ввести платежи за переводы денег в другие страны. Не знаю, даст ли это заметную экономию средств, но порядок навести поможет.

Что касается перспектив развития народного хозяйства, здесь авторы лаконичны и не оригинальны: снижать ключевую ставку (значительно, но постепенно), чтобы удешевить кредиты, и создать некий «промышленный банк, который начнет кредитовать по целевым программам приоритетные отрасли промышленности под 5%». Вот тут я, видимо, чего-то не поняла – а что, банков мало, в том числе государственных, «развития» и прочих?

К сожалению, все предложенные в этом разделе меры либо известны, либо уже приняты, а в программу внесены, похоже, по принципу «чтобы было». Короче говоря, экономическая тема для ЛДПР – не то, чтобы непонятная, но какая-то «неродная», потому и изобилует банальностями.

И вишенка на торте – на «преобразование России» отведено 100 дней, поскольку, как говорил Владимир Вольфович, оно должно быть стремительным. Похоже, последователи не очень хорошо поняли отца-основателя…

Манифесты снова в тренде?

Признаться, к предвыборной программе «Справедливой России» я приступала с особым отношением. Во-первых, что скрывать, у меня в этой партии много добрых знакомых – не «личных», а по работе, что для меня в данном случае важнее. Во-вторых, среди них есть несколько экономистов, к мнению которых прислушиваюсь не только я, но и те, кто согласен с тем, что с позицией финансово-экономического блока надо что-то делать. Не только с ключевой ставкой, на коей все зациклились, а именно с позицией.

«Манифест справедливости», с которым я ознакомилась, меня несколько озадачил. Не то, чтобы я не разделяла десять целей, с которыми партия идёт на выборы, кто же станет их оспаривать в здравом-то уме? Однако опять та же предвыборная беда – всё в лозунговой форме.

И снова ничего нового – разве что цифры отличаются от других программ. К примеру, налог со сверхбогатых надо увеличить до 35%. Но ключевую ставку – снизить до тех же 5%. Требование справедливое, что спорить, но, как мы помним, всякий раз разбивается о непоколебимую позицию мегарегулятора при поддержке президента страны. Остаётся гадать, есть ли под этим пунктом просчитанное экономическое обоснование, или всё так и будет оставаться в телевизионных выступлениях.

Наверняка избиратели по достоинству оценят и предложение возродить строительство арендного и социального жилья. Во всяком случае, в решении демографической проблемы оно могло бы сыграть не меньшую роль, чем материнский капитал. Увы, предвижу, как дельное предложение разобьётся об аппетиты девелоперов. Между тем, социальное и доступное арендное жильё существует и в самых что ни на есть «развитых» странах – и ничего, как-то сумели помирить «квартирный вопрос» с более или менее прибыльным строительством. Если авторы манифеста знают как – флаг им в руки.

Если смотреть на «Манифест справедливости» в целом, каждая из десяти целей, чего бы они ни касались, так или иначе связана с экономикой. Потому что их достижение требует серьёзных вложений. О них в программе практически ничего нет, но приведу слова одного из кандидатов от партии – Александра Бабакова, который не устаёт повторять, что такие вложения нельзя трактовать, как голые затраты, потому что это как и раз и есть инвестиции – в развитие, а в конечном счёте и в будущее.

Вот такое у меня двойственное ощущение от «Манифеста справедливости» – с одной стороны, хорошая программа, а с другой – всё-таки в большей степени декларация о намерениях.

Куда зовут «Новые люди»

Самую молодую парламентскую партию я оставила, так сказать, ближе к десерту – вот, думаю, за кем будущее, кто лучше всех понимает, как поднять страну…

Однако ребята меня сразу озадачили: говорят, главный капитал страны – не нефть, не ракеты и не ВВП, а вовсе доверие и достоинство. Кто ж спорит-то… Но у голодного и бездомного человека с достоинством тяжеловато. А не сильно образованного и к тому же доверчивого можно в два счёта обмануть, особенно используя современные технологии.

Всё-таки я решила не вредничать и прошерстила короткую программу партии «Новые люди» по пунктам.

В первом приближении показалось, что передо мной типовой образец документа «за всё хорошее против всего плохого». Строго говоря, так и есть, хотя кандидаты предлагают и более конкретные решения. Например, всё то же арендное жильё для молодых, с ценами ниже рынка и с правом выкупа через 10 лет. Можно только приветствовать и требование полного аудита тарифов ЖКХ – иначе жильцам так и станут дальше вешать лапшу на уши, а когда очередная управляющая компания таки попадётся на жульничестве, уже поздно, денег не вернут…

Достаточно актуально выглядит и требование «демонополизации ключевых рынков», не знаю лишь, насколько обоснованы критерии принадлежности тех или иных игроков к категории монополий. Хотя само по себе «реальное антимонопольное регулирование» – то, чего точно не хватает. Как его осуществлять в ручном режиме, показал топливный кризис, но, согласитесь, это выход разве только в экстренных ситуациях.

Если коротко резюмировать программу «Новых людей», она представляет собой пока скорее «заявку на участие», нежели план работы – вроде почти всё охватили, все пункты по делу, но в основном – по верхам.

Где деньги, Зин?

Конечно, лучший способ проверки – посмотреть, как партия отличилась в прошлом созыве, но и здесь есть нюансы. Понятно же, что «Единая Россия», которую не случайно называют «путинской» (так, по сути, оно и есть), имеет больше возможностей. И, как показал прошлый созыв, больше всего реальных дел. Хотя и вопросы есть, во всяком случае, у меня лично. Недаром же названа она «Народной программой», а я тот самый народ и есть, то есть адресована она мне лично, как и каждому из вас. И, если верить её авторам (а у меня пока нет оснований им не верить), составлена она как раз «на основе предложений граждан».

Среди «семи вызовов», обозначенных в программе, на первом месте стоит демография. Кому-то это, возможно, покажется неточным, но, во-первых, дело не в расположении на страницах, а в самой сути. Мы привычно гордимся самой большой в мире территорией и зарытыми в её недрах неисчислимыми богатствами (их и правда никто просчитать не в силах), но что они без людей? Помните поэму Владимира Маяковского «150 000 000»? Так вот, написана она между 1919 и 1920 годами. Сейчас, через сто с лишним лет, нас меньше, а учёные сулят дальнейшую депопуляцию (и не только нам, но и миллиардным Китаю и Индии).

Спросите, какое отношение имеет демография к экономике? Да самое непосредственное. С одной стороны, для того, чтобы исправить ситуацию, требуются огромные средства – причём в основном из бюджета. С другой, чтобы бюджет такие затраты выдержал, нужны рабочие руки и мозги. Процесс урбанизации, выручивший послереволюционную Россию, нынче уже не спасёт, на миграцию надежда слабая и проблемная (посмотрите, куда она завела и Европу, и США). Остаётся – рожать своих, уж извините за прозу жизни. И как-то справиться с проблемой «пылесосов», которыми стали не только мегаполисы, но уже и города-миллионники. А это – тоже чистая экономика, даже когда речь идёт о культуре или образовании.

Когда речь заходит о втором вызове – кардинальном изменении рынка труда, у меня появляются первые вопросы. О том, как необходимо повысить производительность труда, я слышу со времён работы в многотиражке химкомбината. Но и тогда, и частично теперь говорят главным образом о «личном вкладе» и интенсификации – короче, все должны стать стахановцами. Между тем, об Алексее Стаханове написано (и прежде, и в новой России) много всякой фигни, за которой рассеялась правда – рекордная выработка стала возможной потому, что шахтёр предложил принципиально иную организацию процесса, основанную на разделении труда. Не мне судить, насколько это ново было для угольной промышленности, но американский журнал Time подробно писал о Стаханове именно как о новаторе.

Так вот, мой вопрос: есть ли обоснованная программа повышения производительности и просчитаны ли затраты на этот процесс в современных условиях? То есть на словах-то там всё есть, а кто отвечает за конкретику? Скажем, за роботизацию – есть ли центр, куда стекаются сведения о прогрессе и проблемах в этой области?

Третьего вызова я уже коснулась выше – нам не вылезти из демографической ямы до тех пор, пока регионы будут развиваться «по остаточному принципу». Правда, тут точно есть подвижки к лучшему, но пока всё упирается в пресловутый человеческий фактор – если делать карьеру в любой области или прилично зарабатывать (да хоть курьером), поезжай в Москву или Питер. Проблема в «Народной программе» сформулирована очень грамотно, остаётся надеяться, что реализовать её будут правильные люди. Повторю, изменения уже видны, хотя работы – край непочатый.

Вот, наконец, мы добрались до четвёртого, сугубо экономического вызова: обеспечить опережающий и качественный рост. Вот, как ни странно, под каждым из абзацев этого раздела я готова смело подписаться. Всё к месту – и запускать новые инвестиционные циклы, и деловой климат, и поддержка малого и среднего бизнеса. Одного не хватает – как всё это сделать при запретительной ключевой ставке и хроническом недостатке денежной массы. О каком-либо заметном участии в новом витке технологической революции (это пятый вызов) и говорить не приходится. Наши партнёры, конкуренты и противники вкладывают безумные средства, а мы всё таргетируем инфляцию… Про это противоречие в программе, разумеется, нет ни слова, хотя предполагается, что выполнять мы её будем всем миром. Но пока на пути «вперёд и выше» возникает некий волнорез, существование которого президент объясняет успокоительными словами, а премьер-министр порой и вовсе отводит глаза (хотя, может, мне и показалось).

«Народная программа» – документ, просчитанный и проработанный, надо думать, к её подготовке привлекли не самые слабые российские умы. Однако остаётся ощущение, если хотите, недосказанности. И возникают, как я уже сказала, вопросы, главный из которых: откуда брать деньги на решение такого объёма задач для огромной страны? Дежурные слова о производительности и эффективности остаются словами, когда избиратель смотрит по телику очередные новости из того же Китая, где по цеху бегают бодрые роботы, а у него в это время очередной мигрант долбит кувалдой стену ванной «в целях капремонта». (Это я вам привела пример из личной жизни – в нашем относительно не старом доме капремонт идёт уже четыре года, и в основном с помощью тех же кувалд).

Ладно, оставим личные впечатления, ремонты как-то переживём, даже учитывая, что в стране огромный объём аварийного жилья. Но ведь нам строить надо – и не только «человейники», но и современные заводы, дата-центры, осваивать искусственный интеллект, будь он неладен, спускать на воду танкеры и сухогрузы, запускать самолёты и ракеты… Да ни в какую программу, трижды народную, такая куча задач не влезет. А на всё требуются большие деньги, с которыми – не поймёшь, то ли всё хорошо, то ли везде не хватает.

Так что мой «наказ избирателя» партии, которая уж точно пройдёт в Думу и снова создаст самую крупную фракцию, выглядит очень просто: разберитесь, пожалуйста, с финансами и помогите исполнительной власти определиться, кто всё-таки принимает у нас решения. А то какая-то «непонятка» возникла.

* * *

Поскольку я задалась целью изучить экономические блоки предвыборных программ, свой главный вопрос (про экономику он всё же частично) задам под конец. Так какое будущее мы строим? Свою суверенную страну – или намерены вернуться в «глобальный мир», где нас если и видят, то пресловутым сырьевым придатком? Благо, помимо нефти с газом, у нас ещё много чего есть… Вопрос мой не случаен, ибо желающих вернуться в недавнее прошлое «хоть тушкой, хоть чучелком» хватает.

Надо понимать, что в одну реку, как сказал древний грек Гераклит, нельзя войти дважды. Да и не нужно – будущее куда интереснее.

, Фондовые площадки Европы закрылись ростом в среду, поскольку пауза в ралли нефтяных котировок поддержала аппетит к риску накануне объявления решения Федеральной резервной системы США по ставке. , Цены на нефть в среду снижаются: трейдеры оценивают масштаб ущерба поставкам на Ближнем Востоке и пытаются понять, не был ли недавний рост котировок чрезмерным. , Цены на золото в среду растут после двухдневного снижения: поддержку металлу обеспечили откат нефти и снижение доходностей казначейских облигаций США, тогда как инвесторы ждут решения Федеральной резервной системы (ФРС) по ставке и последующего выступления председателя регулятора Кевина Уорша, рассчитывая получить сигналы о дальнейшем курсе денежно‑кредитной политики.

Предвыборные дебаты на телевидении – жанр, как говорится, на любителя. Не потому, что людей не волнует позиция тех, за кого им придётся голосовать. Как раз волнует, а как иначе, в такое непростое время? Но есть у избирателей некий опыт – полемический задор кандидатов нередко рассасывается, стоит им только попасть в заветное кресло на Охотном ряду. Так что, думаю, этой осенью выступления представителей партий, претендующих на место в парламенте, зрители смотрели с особой придирчивостью.

Обещать – не значит жениться

Честно говоря, на одних дебатах представления не составишь, особенно о партиях, – без обиды – «второго эшелона». Они, как водится, агитируют за всё хорошее против всего плохого, разумеется, с поправкой на военное время – все что-нибудь говорят про победу. Кому-то, видно, показалось, что, если правильные слова произнесёт молоденькая и хорошенькая девочка, все поймут, что её устами говорит будущее. Получилось не очень – кажется, девочка не сильно понимала, о чём, собственно, речь идёт. В общем, такая же беда, как предвыборные ролики – не иначе, привлекли искусственный интеллект, причём изначально ущербный.

Не лучше выглядели и голые лозунги – как-то не вписываются они в обстановку, когда требуется не столько пафос, сколько реальные поступки, может, и не очень громкие, но обнадёживающие.

Словом, послушав дебаты, на которых опытные ведущие пытались вывести участников на конкретный разговор (что не всегда удавалось), я решила покопаться в программах, что оказалось проблематичным. Отчасти потому, что в некоторых из них преобладает тот же принцип «за всё хорошее». Поэтому пришлось сосредоточиться на партиях, имеющих реальные шансы преодолеть пятипроцентный барьер. Увы, и здесь сплошные повторы: к примеру, едва ли не все кандидаты собираются и обещают повысить пенсии и пособия, а тарифы снизить или на худой конец заморозить, сделать жильё доступным и так далее, позвольте не продолжать.

Впрочем, для каких-то партий, судя по всему, экономика – тайна за семью печатями. Или данность, типа: в магазинах продукты есть, маркет-плейсы работают – так чего эту тему поднимать, поговорим лучше об экологии на берегах Байкала. И о медведях.

С вашего позволения такие программы я рассматривать не стану, поскольку они больше напоминают школьные сочинения пятиклассников. Мы же с вами попробуем углубиться в экономические блоки партийных программ.

Поскольку сама я не решила пока, за кого стану голосовать, рекомендаций от меня не ждите, по моему мнению, здесь решать каждый должен самостоятельно. Главное – не ловиться на крючки популизма, которые, к сожалению, так или иначе развешивают все кандидаты.

…И решительный бой

Конечно, КПРФ выдала программу наступательную, продолжив курс прошлых лет, который дважды вывел партию на первое место, что позволило в 1995-м и 1999-м годах сформировать крупнейшую фракцию в нижней палате. Потом пошло «серебро» – за исключением 2016 года, когда её на время потеснила «Единая Россия».

Если говорить об экономическом блоке нынешней программы, надо отдать коммунистам должное – они упорно настаивают на кардинальных изменениях, в том числе, видимо, и конституционных. И, полагаю, имеют немало сторонников среди граждан, обеспокоенных хронической зависимостью финансовой системы России от доллара, постоянной оглядкой на МВФ, ВТО, Всемирный банк и подобные проамериканские структуры. Другое дело, что говорят они об этом не первый созыв (а их было уже шесть), однако ситуация с места не сдвинулась, а в каких-то моментах даже усугубилась. Либо в процессе парламентской работы члены фракции не были достаточно убедительны, либо не предложили зрелого механизма таких изменений. И то, и другое – не в их пользу, зато подталкивает к размышлениям.

В общем-то, ничего особо революционного (в смысле – всё сломать) коммунисты не предлагают. Более того, уж не знаю, с их ли подачи или по зрелом размышлении, но идею Госплана (вы вольны придумать любое другое название) выдали и глобальные структуры, которые так не милы КПРФ (и мне, кстати, в чём не стесняюсь признаться). Да и не такая он исключительно советская придумка: со времён Глеба Кржижановского планирование в том или ином виде существует и во вполне рыночных странах. Как, к слову, и мощный государственный сектор, который вполне себе благополучно мирится с рынком.

Вполне ожидаемы и те положения программы, которые связаны с реиндустриализацией, они отвечают не только ожиданиям людей, но и планам правительства. Так что и в этом смысле оппозиционная, как принято считать, партия не противоречит курсу власти. Понятно, что для реализации задумок требуются большие деньги, и здесь КПРФ снова обращается к пересмотру (постепенному, обратите внимание) результатов «варварской приватизации» 1990-х. На уровне электората эту идею поддерживают многие, однако во властных структурах, как мы знаем, царит другой подход. Но то, что КПРФ эту мысль не оставляет, дабы следовать за политической конъюнктурой, вызывает уважение.

Пожалуй, самый резкий раздел – финансовый, и вот его можно назвать по-настоящему оппозиционным, потому как он сильно противоречит успокоительным речам насчёт ключевой ставки и странных методов борьбы с инфляцией. У коммунистов есть свои представления и о развитии отечественной экономики, и о необходимости оглядываться на глобальные «правила», невесть кем придуманные. Если чуть более конкретно, то они, собственно, повторяют свои требования: остановить отток капитала, запретить работу в оффшорах и регистрацию российских предприятий в иностранных юрисдикциях и так далее. Наверное, все эти положения можно было перевести на законодательный уровень в предыдущих созывах, дискуссии по сему поводу идут, если не соврать, лет пятнадцать как минимум.

Но что-то не клеится у разных фракций согласие по принципиальным вопросам. Может, в новом созыве получится?

Как ЛДПР собирается спасать Россию

Одна из самых популярных в стране партий, которую ещё долго будут ассоциировать с именем Владимира Жириновского, главным слоганом своей предвыборной кампании выбрала «спасти Россию». В преамбуле, как обычно, много эмоций, но все они «в струю», поскольку затрагивают самые болезненные проблемы.

Однако мы договорились говорить о народном хозяйстве, поэтому посмотрим, как ЛДПР собирается выводить его на прогрессивный путь.

К сожалению, раздел, названный «Спасти экономику», состоит в основном из перечня намерений, изложенных в лозунговой форме. Ну, например, «отменим НДФЛ для доходов ниже 50 тысяч рублей (как сделано в Китае, Канаде, США и других странах) или «введём прогрессивный налог на роскошь» и «налог на сверхприбыль банков». Как основа для ярких выступлений с трибуны годится, осталось собрать голоса коллег-депутатов, чтобы эти идеи узаконить. А заодно и деньгами разжиться.

Особое внимание в экономическом разделе уделено мигрантам – и, строго говоря, не без оснований. В частности, предлагается отменить для них социальные пособия и выплаты, выдворить безработных «пришельцев», притащивших с собой с родины многочисленные семьи, удвоить стоимость патента, ввести платежи за переводы денег в другие страны. Не знаю, даст ли это заметную экономию средств, но порядок навести поможет.

Что касается перспектив развития народного хозяйства, здесь авторы лаконичны и не оригинальны: снижать ключевую ставку (значительно, но постепенно), чтобы удешевить кредиты, и создать некий «промышленный банк, который начнет кредитовать по целевым программам приоритетные отрасли промышленности под 5%». Вот тут я, видимо, чего-то не поняла – а что, банков мало, в том числе государственных, «развития» и прочих?

К сожалению, все предложенные в этом разделе меры либо известны, либо уже приняты, а в программу внесены, похоже, по принципу «чтобы было». Короче говоря, экономическая тема для ЛДПР – не то, чтобы непонятная, но какая-то «неродная», потому и изобилует банальностями.

И вишенка на торте – на «преобразование России» отведено 100 дней, поскольку, как говорил Владимир Вольфович, оно должно быть стремительным. Похоже, последователи не очень хорошо поняли отца-основателя…

Манифесты снова в тренде?

Признаться, к предвыборной программе «Справедливой России» я приступала с особым отношением. Во-первых, что скрывать, у меня в этой партии много добрых знакомых – не «личных», а по работе, что для меня в данном случае важнее. Во-вторых, среди них есть несколько экономистов, к мнению которых прислушиваюсь не только я, но и те, кто согласен с тем, что с позицией финансово-экономического блока надо что-то делать. Не только с ключевой ставкой, на коей все зациклились, а именно с позицией.

«Манифест справедливости», с которым я ознакомилась, меня несколько озадачил. Не то, чтобы я не разделяла десять целей, с которыми партия идёт на выборы, кто же станет их оспаривать в здравом-то уме? Однако опять та же предвыборная беда – всё в лозунговой форме.

И снова ничего нового – разве что цифры отличаются от других программ. К примеру, налог со сверхбогатых надо увеличить до 35%. Но ключевую ставку – снизить до тех же 5%. Требование справедливое, что спорить, но, как мы помним, всякий раз разбивается о непоколебимую позицию мегарегулятора при поддержке президента страны. Остаётся гадать, есть ли под этим пунктом просчитанное экономическое обоснование, или всё так и будет оставаться в телевизионных выступлениях.

Наверняка избиратели по достоинству оценят и предложение возродить строительство арендного и социального жилья. Во всяком случае, в решении демографической проблемы оно могло бы сыграть не меньшую роль, чем материнский капитал. Увы, предвижу, как дельное предложение разобьётся об аппетиты девелоперов. Между тем, социальное и доступное арендное жильё существует и в самых что ни на есть «развитых» странах – и ничего, как-то сумели помирить «квартирный вопрос» с более или менее прибыльным строительством. Если авторы манифеста знают как – флаг им в руки.

Если смотреть на «Манифест справедливости» в целом, каждая из десяти целей, чего бы они ни касались, так или иначе связана с экономикой. Потому что их достижение требует серьёзных вложений. О них в программе практически ничего нет, но приведу слова одного из кандидатов от партии – Александра Бабакова, который не устаёт повторять, что такие вложения нельзя трактовать, как голые затраты, потому что это как и раз и есть инвестиции – в развитие, а в конечном счёте и в будущее.

Вот такое у меня двойственное ощущение от «Манифеста справедливости» – с одной стороны, хорошая программа, а с другой – всё-таки в большей степени декларация о намерениях.

Куда зовут «Новые люди»

Самую молодую парламентскую партию я оставила, так сказать, ближе к десерту – вот, думаю, за кем будущее, кто лучше всех понимает, как поднять страну…

Однако ребята меня сразу озадачили: говорят, главный капитал страны – не нефть, не ракеты и не ВВП, а вовсе доверие и достоинство. Кто ж спорит-то… Но у голодного и бездомного человека с достоинством тяжеловато. А не сильно образованного и к тому же доверчивого можно в два счёта обмануть, особенно используя современные технологии.

Всё-таки я решила не вредничать и прошерстила короткую программу партии «Новые люди» по пунктам.

В первом приближении показалось, что передо мной типовой образец документа «за всё хорошее против всего плохого». Строго говоря, так и есть, хотя кандидаты предлагают и более конкретные решения. Например, всё то же арендное жильё для молодых, с ценами ниже рынка и с правом выкупа через 10 лет. Можно только приветствовать и требование полного аудита тарифов ЖКХ – иначе жильцам так и станут дальше вешать лапшу на уши, а когда очередная управляющая компания таки попадётся на жульничестве, уже поздно, денег не вернут…

Достаточно актуально выглядит и требование «демонополизации ключевых рынков», не знаю лишь, насколько обоснованы критерии принадлежности тех или иных игроков к категории монополий. Хотя само по себе «реальное антимонопольное регулирование» – то, чего точно не хватает. Как его осуществлять в ручном режиме, показал топливный кризис, но, согласитесь, это выход разве только в экстренных ситуациях.

Если коротко резюмировать программу «Новых людей», она представляет собой пока скорее «заявку на участие», нежели план работы – вроде почти всё охватили, все пункты по делу, но в основном – по верхам.

Где деньги, Зин?

Конечно, лучший способ проверки – посмотреть, как партия отличилась в прошлом созыве, но и здесь есть нюансы. Понятно же, что «Единая Россия», которую не случайно называют «путинской» (так, по сути, оно и есть), имеет больше возможностей. И, как показал прошлый созыв, больше всего реальных дел. Хотя и вопросы есть, во всяком случае, у меня лично. Недаром же названа она «Народной программой», а я тот самый народ и есть, то есть адресована она мне лично, как и каждому из вас. И, если верить её авторам (а у меня пока нет оснований им не верить), составлена она как раз «на основе предложений граждан».

Среди «семи вызовов», обозначенных в программе, на первом месте стоит демография. Кому-то это, возможно, покажется неточным, но, во-первых, дело не в расположении на страницах, а в самой сути. Мы привычно гордимся самой большой в мире территорией и зарытыми в её недрах неисчислимыми богатствами (их и правда никто просчитать не в силах), но что они без людей? Помните поэму Владимира Маяковского «150 000 000»? Так вот, написана она между 1919 и 1920 годами. Сейчас, через сто с лишним лет, нас меньше, а учёные сулят дальнейшую депопуляцию (и не только нам, но и миллиардным Китаю и Индии).

Спросите, какое отношение имеет демография к экономике? Да самое непосредственное. С одной стороны, для того, чтобы исправить ситуацию, требуются огромные средства – причём в основном из бюджета. С другой, чтобы бюджет такие затраты выдержал, нужны рабочие руки и мозги. Процесс урбанизации, выручивший послереволюционную Россию, нынче уже не спасёт, на миграцию надежда слабая и проблемная (посмотрите, куда она завела и Европу, и США). Остаётся – рожать своих, уж извините за прозу жизни. И как-то справиться с проблемой «пылесосов», которыми стали не только мегаполисы, но уже и города-миллионники. А это – тоже чистая экономика, даже когда речь идёт о культуре или образовании.

Когда речь заходит о втором вызове – кардинальном изменении рынка труда, у меня появляются первые вопросы. О том, как необходимо повысить производительность труда, я слышу со времён работы в многотиражке химкомбината. Но и тогда, и частично теперь говорят главным образом о «личном вкладе» и интенсификации – короче, все должны стать стахановцами. Между тем, об Алексее Стаханове написано (и прежде, и в новой России) много всякой фигни, за которой рассеялась правда – рекордная выработка стала возможной потому, что шахтёр предложил принципиально иную организацию процесса, основанную на разделении труда. Не мне судить, насколько это ново было для угольной промышленности, но американский журнал Time подробно писал о Стаханове именно как о новаторе.

Так вот, мой вопрос: есть ли обоснованная программа повышения производительности и просчитаны ли затраты на этот процесс в современных условиях? То есть на словах-то там всё есть, а кто отвечает за конкретику? Скажем, за роботизацию – есть ли центр, куда стекаются сведения о прогрессе и проблемах в этой области?

Третьего вызова я уже коснулась выше – нам не вылезти из демографической ямы до тех пор, пока регионы будут развиваться «по остаточному принципу». Правда, тут точно есть подвижки к лучшему, но пока всё упирается в пресловутый человеческий фактор – если делать карьеру в любой области или прилично зарабатывать (да хоть курьером), поезжай в Москву или Питер. Проблема в «Народной программе» сформулирована очень грамотно, остаётся надеяться, что реализовать её будут правильные люди. Повторю, изменения уже видны, хотя работы – край непочатый.

Вот, наконец, мы добрались до четвёртого, сугубо экономического вызова: обеспечить опережающий и качественный рост. Вот, как ни странно, под каждым из абзацев этого раздела я готова смело подписаться. Всё к месту – и запускать новые инвестиционные циклы, и деловой климат, и поддержка малого и среднего бизнеса. Одного не хватает – как всё это сделать при запретительной ключевой ставке и хроническом недостатке денежной массы. О каком-либо заметном участии в новом витке технологической революции (это пятый вызов) и говорить не приходится. Наши партнёры, конкуренты и противники вкладывают безумные средства, а мы всё таргетируем инфляцию… Про это противоречие в программе, разумеется, нет ни слова, хотя предполагается, что выполнять мы её будем всем миром. Но пока на пути «вперёд и выше» возникает некий волнорез, существование которого президент объясняет успокоительными словами, а премьер-министр порой и вовсе отводит глаза (хотя, может, мне и показалось).

«Народная программа» – документ, просчитанный и проработанный, надо думать, к её подготовке привлекли не самые слабые российские умы. Однако остаётся ощущение, если хотите, недосказанности. И возникают, как я уже сказала, вопросы, главный из которых: откуда брать деньги на решение такого объёма задач для огромной страны? Дежурные слова о производительности и эффективности остаются словами, когда избиратель смотрит по телику очередные новости из того же Китая, где по цеху бегают бодрые роботы, а у него в это время очередной мигрант долбит кувалдой стену ванной «в целях капремонта». (Это я вам привела пример из личной жизни – в нашем относительно не старом доме капремонт идёт уже четыре года, и в основном с помощью тех же кувалд).

Ладно, оставим личные впечатления, ремонты как-то переживём, даже учитывая, что в стране огромный объём аварийного жилья. Но ведь нам строить надо – и не только «человейники», но и современные заводы, дата-центры, осваивать искусственный интеллект, будь он неладен, спускать на воду танкеры и сухогрузы, запускать самолёты и ракеты… Да ни в какую программу, трижды народную, такая куча задач не влезет. А на всё требуются большие деньги, с которыми – не поймёшь, то ли всё хорошо, то ли везде не хватает.

Так что мой «наказ избирателя» партии, которая уж точно пройдёт в Думу и снова создаст самую крупную фракцию, выглядит очень просто: разберитесь, пожалуйста, с финансами и помогите исполнительной власти определиться, кто всё-таки принимает у нас решения. А то какая-то «непонятка» возникла.

* * *

Поскольку я задалась целью изучить экономические блоки предвыборных программ, свой главный вопрос (про экономику он всё же частично) задам под конец. Так какое будущее мы строим? Свою суверенную страну – или намерены вернуться в «глобальный мир», где нас если и видят, то пресловутым сырьевым придатком? Благо, помимо нефти с газом, у нас ещё много чего есть… Вопрос мой не случаен, ибо желающих вернуться в недавнее прошлое «хоть тушкой, хоть чучелком» хватает.

Надо понимать, что в одну реку, как сказал древний грек Гераклит, нельзя войти дважды. Да и не нужно – будущее куда интереснее.

, Фондовые площадки Европы закрылись ростом в среду, поскольку пауза в ралли нефтяных котировок поддержала аппетит к риску накануне объявления решения Федеральной резервной системы США по ставке. , Цены на нефть в среду снижаются: трейдеры оценивают масштаб ущерба поставкам на Ближнем Востоке и пытаются понять, не был ли недавний рост котировок чрезмерным. , Цены на золото в среду растут после двухдневного снижения: поддержку металлу обеспечили откат нефти и снижение доходностей казначейских облигаций США, тогда как инвесторы ждут решения Федеральной резервной системы (ФРС) по ставке и последующего выступления председателя регулятора Кевина Уорша, рассчитывая получить сигналы о дальнейшем курсе денежно‑кредитной политики.