Тимур Сулейменов не согласился с тем, что Нацбанк и ЕНПФ плохо управляет накоплениями казахстанцев.

«В минус мы точно не ушли, что-то около 3,2% мы доходности показываем, ЕНПФ. Могла ли она быть выше? Могла быть, потому что некоторые частные управляющие показали более высокую доходность. Но тем не менее доходность обеспечивается. Мы много раз говорили и повторюсь еще раз: управлять 27-триллионным портфелем, огромным, гибко, быстро и так далее, крайне сложно, нежели управлять портфелем в 15 или 20 млрд тенге», – отметил он.

При этом, по оценке главы Нацбанка, быстрые решения не всегда бывают верными.

«Именно спокойное, консервативное распределение портфеля, которое защищает нас от рыночных рисков, страновых рисков, валютных рисков, и есть задача пенсионного управляющего. Я считаю, что с этой задачей Национальный банк и ЕНПФ справляется. Инфляцию мы бьем… Выбор за вами: ЕНПФ стабильный, он никуда не провалится, но дает недостаточно высокий доход. Но есть частные компании, которые управляют более активно, они более гибкие, они более адаптивные, у них меньше портфель, и они дают более высокую доходность. Самое главное, что мы сделали совместно с законодателем, – мы дали людям выбор. Вы можете посмотреть все их инвестиционные декларации, посмотреть, сколько они получили дохода в 2024, 2025 и по итогам части 2026 года сказать: «В принципе, нормально, туда я свои отдам деньги». Именно в этом выборе и заключается, наверное, основная часть реформы», – заявил Тимур Сулейменов.

Ситуацию с доходностью ЕНПФ прокомментировала и его заместитель Алия Молдабекова.

«Да, действительно, в минус мы не уходили. Инвестиционный доход в ЕНПФ с начала года был более 1,1 трлн тенге. А в сентябре он снизился и сейчас порядка 800 млрд тенге. Это произошло исключительно из-за укрепления тенге по отношению к доллару. Вы знаете, у нас в сентябре сильно тенге укрепился, поэтому в пересчете на тенге не такой высокий инвестдоход, но результат – положительный», – сказала она.

Тимур Сулейменов при этом заявил, что это нельзя назвать потерей денег, а это их переоценка.

«Лежат у вас 10 тыс. долларов. Когда курс был 500 тенге за доллар – это было 5 млн тенге, когда курс снизился до 460 тенге за доллар – это уже 4,5 млн. Это убыток? Нет. У вас 10 тыс. долларов как лежали, так и лежат. Завтра курс будет 510, и у вас будет 5 млн 100 тыс. тенге. То есть это не убыток, это переоценка. И надо исходить из того, что это долгосрочный актив, и он будет колебаться вместе с курсом вверх – вниз. Самое главное – чтобы долгосрочная доходность била инфляцию. Пока нам это удается», – резюмировал глава Нацбанка.

Ранее Тимур Сулейменов рассказал, каким образом внедрение категорий состоятельности может повлиять на решение банков о выдаче кредитов.

Тимур Сулейменов не согласился с тем, что Нацбанк и ЕНПФ плохо управляет накоплениями казахстанцев.

«В минус мы точно не ушли, что-то около 3,2% мы доходности показываем, ЕНПФ. Могла ли она быть выше? Могла быть, потому что некоторые частные управляющие показали более высокую доходность. Но тем не менее доходность обеспечивается. Мы много раз говорили и повторюсь еще раз: управлять 27-триллионным портфелем, огромным, гибко, быстро и так далее, крайне сложно, нежели управлять портфелем в 15 или 20 млрд тенге», – отметил он.

При этом, по оценке главы Нацбанка, быстрые решения не всегда бывают верными.

«Именно спокойное, консервативное распределение портфеля, которое защищает нас от рыночных рисков, страновых рисков, валютных рисков, и есть задача пенсионного управляющего. Я считаю, что с этой задачей Национальный банк и ЕНПФ справляется. Инфляцию мы бьем… Выбор за вами: ЕНПФ стабильный, он никуда не провалится, но дает недостаточно высокий доход. Но есть частные компании, которые управляют более активно, они более гибкие, они более адаптивные, у них меньше портфель, и они дают более высокую доходность. Самое главное, что мы сделали совместно с законодателем, – мы дали людям выбор. Вы можете посмотреть все их инвестиционные декларации, посмотреть, сколько они получили дохода в 2024, 2025 и по итогам части 2026 года сказать: «В принципе, нормально, туда я свои отдам деньги». Именно в этом выборе и заключается, наверное, основная часть реформы», – заявил Тимур Сулейменов.

Ситуацию с доходностью ЕНПФ прокомментировала и его заместитель Алия Молдабекова.

«Да, действительно, в минус мы не уходили. Инвестиционный доход в ЕНПФ с начала года был более 1,1 трлн тенге. А в сентябре он снизился и сейчас порядка 800 млрд тенге. Это произошло исключительно из-за укрепления тенге по отношению к доллару. Вы знаете, у нас в сентябре сильно тенге укрепился, поэтому в пересчете на тенге не такой высокий инвестдоход, но результат – положительный», – сказала она.

Тимур Сулейменов при этом заявил, что это нельзя назвать потерей денег, а это их переоценка.

«Лежат у вас 10 тыс. долларов. Когда курс был 500 тенге за доллар – это было 5 млн тенге, когда курс снизился до 460 тенге за доллар – это уже 4,5 млн. Это убыток? Нет. У вас 10 тыс. долларов как лежали, так и лежат. Завтра курс будет 510, и у вас будет 5 млн 100 тыс. тенге. То есть это не убыток, это переоценка. И надо исходить из того, что это долгосрочный актив, и он будет колебаться вместе с курсом вверх – вниз. Самое главное – чтобы долгосрочная доходность била инфляцию. Пока нам это удается», – резюмировал глава Нацбанка.

Ранее Тимур Сулейменов рассказал, каким образом внедрение категорий состоятельности может повлиять на решение банков о выдаче кредитов.

Тимур Сулейменов не согласился с тем, что Нацбанк и ЕНПФ плохо управляет накоплениями казахстанцев.

«В минус мы точно не ушли, что-то около 3,2% мы доходности показываем, ЕНПФ. Могла ли она быть выше? Могла быть, потому что некоторые частные управляющие показали более высокую доходность. Но тем не менее доходность обеспечивается. Мы много раз говорили и повторюсь еще раз: управлять 27-триллионным портфелем, огромным, гибко, быстро и так далее, крайне сложно, нежели управлять портфелем в 15 или 20 млрд тенге», – отметил он.

При этом, по оценке главы Нацбанка, быстрые решения не всегда бывают верными.

«Именно спокойное, консервативное распределение портфеля, которое защищает нас от рыночных рисков, страновых рисков, валютных рисков, и есть задача пенсионного управляющего. Я считаю, что с этой задачей Национальный банк и ЕНПФ справляется. Инфляцию мы бьем… Выбор за вами: ЕНПФ стабильный, он никуда не провалится, но дает недостаточно высокий доход. Но есть частные компании, которые управляют более активно, они более гибкие, они более адаптивные, у них меньше портфель, и они дают более высокую доходность. Самое главное, что мы сделали совместно с законодателем, – мы дали людям выбор. Вы можете посмотреть все их инвестиционные декларации, посмотреть, сколько они получили дохода в 2024, 2025 и по итогам части 2026 года сказать: «В принципе, нормально, туда я свои отдам деньги». Именно в этом выборе и заключается, наверное, основная часть реформы», – заявил Тимур Сулейменов.

Ситуацию с доходностью ЕНПФ прокомментировала и его заместитель Алия Молдабекова.

«Да, действительно, в минус мы не уходили. Инвестиционный доход в ЕНПФ с начала года был более 1,1 трлн тенге. А в сентябре он снизился и сейчас порядка 800 млрд тенге. Это произошло исключительно из-за укрепления тенге по отношению к доллару. Вы знаете, у нас в сентябре сильно тенге укрепился, поэтому в пересчете на тенге не такой высокий инвестдоход, но результат – положительный», – сказала она.

Тимур Сулейменов при этом заявил, что это нельзя назвать потерей денег, а это их переоценка.

«Лежат у вас 10 тыс. долларов. Когда курс был 500 тенге за доллар – это было 5 млн тенге, когда курс снизился до 460 тенге за доллар – это уже 4,5 млн. Это убыток? Нет. У вас 10 тыс. долларов как лежали, так и лежат. Завтра курс будет 510, и у вас будет 5 млн 100 тыс. тенге. То есть это не убыток, это переоценка. И надо исходить из того, что это долгосрочный актив, и он будет колебаться вместе с курсом вверх – вниз. Самое главное – чтобы долгосрочная доходность била инфляцию. Пока нам это удается», – резюмировал глава Нацбанка.

Ранее Тимур Сулейменов рассказал, каким образом внедрение категорий состоятельности может повлиять на решение банков о выдаче кредитов.

Тимур Сулейменов не согласился с тем, что Нацбанк и ЕНПФ плохо управляет накоплениями казахстанцев.

«В минус мы точно не ушли, что-то около 3,2% мы доходности показываем, ЕНПФ. Могла ли она быть выше? Могла быть, потому что некоторые частные управляющие показали более высокую доходность. Но тем не менее доходность обеспечивается. Мы много раз говорили и повторюсь еще раз: управлять 27-триллионным портфелем, огромным, гибко, быстро и так далее, крайне сложно, нежели управлять портфелем в 15 или 20 млрд тенге», – отметил он.

При этом, по оценке главы Нацбанка, быстрые решения не всегда бывают верными.

«Именно спокойное, консервативное распределение портфеля, которое защищает нас от рыночных рисков, страновых рисков, валютных рисков, и есть задача пенсионного управляющего. Я считаю, что с этой задачей Национальный банк и ЕНПФ справляется. Инфляцию мы бьем… Выбор за вами: ЕНПФ стабильный, он никуда не провалится, но дает недостаточно высокий доход. Но есть частные компании, которые управляют более активно, они более гибкие, они более адаптивные, у них меньше портфель, и они дают более высокую доходность. Самое главное, что мы сделали совместно с законодателем, – мы дали людям выбор. Вы можете посмотреть все их инвестиционные декларации, посмотреть, сколько они получили дохода в 2024, 2025 и по итогам части 2026 года сказать: «В принципе, нормально, туда я свои отдам деньги». Именно в этом выборе и заключается, наверное, основная часть реформы», – заявил Тимур Сулейменов.

Ситуацию с доходностью ЕНПФ прокомментировала и его заместитель Алия Молдабекова.

«Да, действительно, в минус мы не уходили. Инвестиционный доход в ЕНПФ с начала года был более 1,1 трлн тенге. А в сентябре он снизился и сейчас порядка 800 млрд тенге. Это произошло исключительно из-за укрепления тенге по отношению к доллару. Вы знаете, у нас в сентябре сильно тенге укрепился, поэтому в пересчете на тенге не такой высокий инвестдоход, но результат – положительный», – сказала она.

Тимур Сулейменов при этом заявил, что это нельзя назвать потерей денег, а это их переоценка.

«Лежат у вас 10 тыс. долларов. Когда курс был 500 тенге за доллар – это было 5 млн тенге, когда курс снизился до 460 тенге за доллар – это уже 4,5 млн. Это убыток? Нет. У вас 10 тыс. долларов как лежали, так и лежат. Завтра курс будет 510, и у вас будет 5 млн 100 тыс. тенге. То есть это не убыток, это переоценка. И надо исходить из того, что это долгосрочный актив, и он будет колебаться вместе с курсом вверх – вниз. Самое главное – чтобы долгосрочная доходность била инфляцию. Пока нам это удается», – резюмировал глава Нацбанка.

Ранее Тимур Сулейменов рассказал, каким образом внедрение категорий состоятельности может повлиять на решение банков о выдаче кредитов.